Marauders: stay alive

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marauders: stay alive » Незавершенные отыгрыши » [23-24.12.1977] Кто сеет ветер, пожнёт бурю


[23-24.12.1977] Кто сеет ветер, пожнёт бурю

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

КТО СЕЕТ ВЕТЕР, ПОЖНЁТ БУРЮ


закрытый

https://forumupload.ru/uploads/001a/c7/fc/172/161949.gif https://forumupload.ru/uploads/001a/c7/fc/172/110993.gif

Участники: Bartemius Crouch Sr, Elphinstone Urquart

Дата и время: ночь с 23 на 24 декабря 1977, сразу после Кровавого Рождества

Место: Министерство Магии

Сюжет: Крутые времена требуют крутых решений: за Кровавым Рождеством должна незамедлительно последовать жёсткая реакция со стороны властей. Но что делать, если карающий меч правосудия в своём стремлении наказать виновных рискует перейти черту, пересекать которую не следует? Кто сеет ветер, пожнёт бурю - а она не разбирает, кому сорвать крышу.

+4

2

Если кто-то думал, что мысль о разрешении на непростительные пришла Краучу в голову спонтанно из-за какого-то гипотетического шока или потрясения  испытанного им во время кровавого Рождества, то этот кто-то ошибался. И очень сильно.
Мысль о чем-то подобном зародилась давно: года два или даже три назад – Бартемиус сам не смог бы точно определить, когда именно в первый раз подумал об этом.
Пожиратели смерти пользовались безнаказанностью – раскидываясь Авадой направо и налево, и почти ничем не рискуя. Нет, убивать можно было не только запретным, но только запретное как нож прошивало любые щиты, делая работу аврората еще более сложной и опасной.
Кровавое стало даже не последней каплей – а скорей поводом.
До рассвета оставалось еще время, когда он наконец смог войти в свой кабинет, жестом пригласив Уркхарта, который выглядел кажется еще более вымотанным войти за собой.
Крауч разлил им обоим воды и молча протянул Элфистоуну стакан. Кто-то мог бы сказать, что выпивка в таких обстоятельствах была бы уместнее, но Бартимеус не помнил, когда последний раз пил, горло страшно пересохло и он почти залпом выпил стакан и сразу же налил себе следующий. Пока он пил – перо на его столе писало.
Все-таки артефакты очень удобны: можно лишь формулировать то, что хочешь написать в голове, и даже толком не смотреть.
У него дома лежал почти готовый законопроект, но нести его сюда сейчас не имела смысла, потому он лишь набросал основные идеи: всякую ерунду вроде курсов обороны в Хогвартсе (никто серьезно не рассчитывает в войне на школьников) и план самого декрета – никакой обязаловки, рыцари в белых штанах могут продолжать героически умирать, но те, кто убьют пожирателя Авадой не то, что не сядут – даже никакого разбирательства не будет. «А я бы и премию выписал».
Крауч плеснул остатком воды в лицо, вытер его платком и глубоко вздохнул.
- Бардак… - пробормотал он, - Нет, Уркхарт, наши подчиненные и охотники все сработали верно, но пока мы соберем всю картину из отчетов… - он потер висок, потом поднял бумагу со стола и протянул своему заму, - Так больше продолжаться не может, или мы начинаем их убивать или они а следующий раз попытаются взять Хогвартс или Министерство, я собираюсь предложит временную меру. Декрет – военное положение и разрешение для авроров на непростительную тройку. У них есть право защищать свои жизни, а лучшая защита все еще нападение, - Крауч сложил руки на груди.
Сейчас он собирался на Элфистоуне отработать свою аргументацию. Если он справится тут – то справится и с другими.

Подпись автора

аватар Cell
https://i.imgur.com/KJI74o3.gif

+5

3

Бурный вечер перетёк в не менее бурную ночь, ставшую бессонной для очень многих людей: сотрудников ДОМП, обливиаторов, колдомедиков в Мунго, для пострадавших и их родственников, а также для многих других, кто с тревогой следил за новостями по радио, не в силах уснуть. Урхарт успел побывать на вокзале — хотел оценить масштабы бедствия лично. Увиденное ему очень не понравилось. Такое вообще не могло понравиться ни одному нормальному человеку. Прямо с Кингс-Кросса пришлось метнуться в Хогсмид, на который удивительно некстати напали оборотни. Оттуда Элфинстоун вернулся уже за полночь — но не домой, где его всё равно никто не ждал, а назад, в Министерство. Урхарт знал, что там точно будет чем заняться, а кроме того, надеялся застать Крауча. Будучи знакомым с деятельной натурой Бартемиуса, он понимал, что за такими дерзким масштабным нападением неминуемо последует реакция — и лучше бы ему оказаться в правильном месте до того, как справедливая жажда навести порядок обретёт форму закона.

В своих расчётах Урхарт не ошибся: Крауч не только был в Министерстве, но и сам захотел его видеть. Пролившаяся в стаканы вода сейчас показалась уместнее огневиски: да, произошедшее было шоком для всех, но их профессия не в последнюю очередь заключалась в том, чтобы встречать любые потрясения, продолжая твёрдо стоять на ногах, а делать это лучше было в трезвом уме.

— Бардак, — промочив горло, согласился Стоун, взял предложенную ему бумагу из рук начальника департамента и опустил взгляд на торопливо выведенные волшебным пером строчки. Однако попытка углубиться в содержание была прервана словами всё того же Крауча, заставившими его заместителя оторвать взгляд от документа и перевести его на руководителя ДОМП. Примерно в этот миг Урхарт понял главное: Бартемиусу не нужно было его мнение для принятия решения, потому что Бартемиус уже всё для себя решил. Не сказать, чтобы в этом было что-то новое. Но и в заместителях главы ДОМП он числился не за то, чтобы молчаливо соглашаться с любым решением Крауча.

Говорить Бартемиусу, что он не прав, не имело смысла. Потому что в глобальном отношении он не заблуждался: так продолжаться дальше действительно не могло, и с этим срочно нужно было что-то делать. Но вот конкретные способы реализации этого справедливого, по сути своей, постулата, вызывали у Урхарта вполне определённые сомнения. Он снова опустил взгляд во вручённый ему лист бумаги и убедился в том, что знал заранее — идеи Крауча были жёсткими. Вероятно, слишком жёсткими для большинства.

— И как долго будет действовать этот декрет? Нет ничего более постоянного, чем временное. Бессрочное военное положение вызовет недовольство людей, ограниченное по срокам — обяжет нас уложиться в них с поимкой виновных. Наши ребята знают своё дело, но не всё в этом мире зависит от профессионализма и упорства.

А ведь это была ещё сравнительно «беспроблемная» часть. С Непростительными всё становилось ещё сложнее.

— От Авады нет щитов, понимаю. Но и в аврорском блоке есть заклинания, которые можно отбить только светлыми чарами, а тёмная сторона потому и называется тёмной, что не очень-то к ним способна. И потом — Империус, Круциатус — это в самом деле необходимо для самообороны?

Эти вопросы им непременно зададут другие, причём по многу раз, и, даже если не было шанса переубедить Бартемиуса, стоило хотя бы задать их себе первыми. Чтобы ответы потом внезапно не оказались слишком не по вкусу всем, включая их самих.

+5

4

Бартемиус без тени смущения встречает взгляд Элфистоуна. Да, он опять уже все решил.
Он всегда так делает, но всегда слушает, что ему скажет его зам. И иногда даже отзывает свои решения или корректирует их.
Он привык уважать мнение Уркхарта даже если оно не совпадает с его собственным мнением.
И пусть Крауч считает, что есть два мнения: его и неправильное – еще он знает, что если ты уверен в своей победе или в своей непогрешимости – ты в шаге от поражения.
Он осторожен: он вбивал осторожность в своих стажеров ногами. (И вот им скоро сорок и даже гриффиндорец еще живой – а по статистике – безжалостной суке – этот факультет обычно не доживает и до тридцати трех.)
- Я думал предложить год с возможностью сократить или продлить срок, если это будет необходимо, - он пожал плечами, - Я бы сказал: срок до момента, пока мы месяц проживем без новых убийств этих ублюдков. Но… в документах так не пишут, а потому предварительно год.
Крауч медленно моргает: даже у его организма есть свой порог. Надо будет прибавить к стакану воды – чашку кофе. И словно уловив его мысль, раздается стук характерный, и на пороге появляется Ласк – быстрый как домовик.
Секретарь ставит на стол поднос с кофейником и двумя чашками и исчезает, прикрыв за собой дверь.
Бартемиус кивает Уркхарту на чашки: «Будешь?»
- У нас много чар, которые отбиваются только специализированными чарами, даже не светлыми, а вполне нейтральными – которые знают только наши парни, и тайна которых тщательно оберегается, - согласился Крауч, - И они у нас уже давно. Сколько мы себя помним. Но если ты возьмешь пергамент и выпишешь всех, кого мы потеряли или кого искалечили за эти пять лет и всех кого убили или посадили за решетку, то… лживая наука статистика принесет тебе весьма не утешительный результат.
Уркхарт был одним из трех людей, кроме семьи Бартимеуса, с которыми он позволил себе перейти на «ты» - что было равносильно расписаться в своей доверии и уважении.
- Я вовсе не собираюсь позволять аврорату заниматься превышением полномочий бесконтрольно: пресса нас съест, и будет права. Империус я бы в принципе исключил – это самая гадкая штука из всех непростительных. Круцио… не убивает. И если кого-то нужно взять живым – это удобно. Они так делают, когда им нужно неожиданно напасть, но обойти наши защитные артефакты. И не убить сразу. Уркхарт, я не тринадцатилетка, очарованная роковым словосочетанием «темная магия» - я знаю, что она уродует людей не понаслышке. Я видел этих темных магов, на лице которых были следы откровенной деградации от темной магии. Я не собираюсь никого заставлять использовать эти чары. Каждый аврор должен регулярно проверять на собственном патронусе не злоупотребляет ли он непростительным. Но сажать в Азкабан своих подчиненных, когда застав над трупами магловской семьи, которым неповезло породить маленького волшебника, они произнесут «Авада Кедавра» - я тоже не намерен. Кто убивает беззащитных должен быть готов умереть.
И сам Крауч определенно не собирался сдерживаться в подобной ситуации.

Подпись автора

аватар Cell
https://i.imgur.com/KJI74o3.gif

+4

5

Ещё раз пробежавшись взглядом по скупым строчкам, тезисно излагавшим планы Крауча, Элфинстоун поднял взгляд на руководителя департамента. Бартемиус держался бодро, но выглядел усталым. Урхарт и сам чувствовал, как напряжение скапливается в висках и давит на затылок: ночка у всех сегодня выдалась такая, что врагу не пожелаешь. В сон его не клонило, но к этому часу все уже были утомлены, а рассудок закипал, требуя перезагрузки. Самым разумным, что сейчас можно было сделать, Стоуну представлялось пойти спать, следуя заветам народной мудрости, утверждающей, что утро вечера мудренее. Да, это было бы разумно. Но, как и Бартемиус, он понимал, что положение не позволяло им такой роскоши: к утру они должны были представить официальное заявление и реакцию на кровавые события минувшего вечера. Говорят, зло не дремлет. Те, кто охраняют мир от его проявлений, спят ещё меньше.

Отличный ход, — сказал Урхарт, получив от Крауча некоторые пояснения. — Для того, кто хочет поставить крест на своей политической карьере.
Он утвердительно кивнул на предложение кофе, так кстати принесённого секретарём Бартемиуса, и, пока Крауч на правах хозяина разливал настойку бодрости по чашкам, продолжил свою мысль.
— Год — слишком долгий срок для чрезвычайного положения по всей стране. Или мы говорим только о Лондоне? В любом случае, таких заявлений следует избегать. Месяц — уже немало, но это хотя бы обозримый период. Я бы сказал, даже два месяца — это чересчур. Люди нас не поймут, особенно когда ощутят на себе весь груз последствий такого решения. Это приведёт к значительным экономическим потерям в самых разных областях. Кроме того, потребуется срочный пересмотр огромных объёмов документации. Будет коллапс и много недовольства со стороны населения, и догадайся, на кого Минчум спустит всех собак. Если другого пути нет, я предлагаю хотя бы заявить о менее продолжительном сроке. Понадобится — выбьем у министра продление.

По крайней мере, это позволило бы им выиграть немного времени и отсрочить справедливое негодование широких масс, а в идеальном случае и избежать его. К сожалению, сроки действия декрета были в нынешней ситуации наименьшим из зол. В изложении Бартемиуса всё звучало логично и складно, но Урхарт слишком хорошо представлял, во что превратится эта рассудительность, пройдя через мясорубку прессы, и что в итоге услышит общественность. Это грозило им катастрофой, и на её предотвращение оставалось всего несколько часов.

— Если тебя интересует моё мнение: разреши бить на поражение при задержании любым доступным способом, но убери из текста всякие упоминания о Непростительных, так будет лучше, — посоветовал Урхарт. Прилюдно он предпочитал обращаться к Краучу с профессиональным вежливым «вы», такая обстановка, как сейчас, предполагала и даже требовала большей доверительности, а это дело обоюдное. — Пожирателей ты ими не удивишь и не напугаешь, а резонанс со стороны мирных волшебников и наших же ребят будет серьёзный. Оговорки о контроле будут пропущены мимо ушей, зато о Непростительных начнут шептаться на каждом углу. И хорошо, если шептаться, а не кричать и выходить на протесты.

Элфинстоун сделал небольшой глоток горячего крепкого кофе, удовлетворённо кивнул и снова посмотрел на Бартемиуса.

— Почему бы вообще не провести это разрешение на убийство тихо, по внутренним каналам служебных предписаний? Не запугивать преступников, а сделать им сюрприз сразу на деле? Во всеуслышание достаточно заявить о расширении полномочий авроров и хит-визардов. Разрешить проводить обыски без ордера или задерживать подозрительных лиц без предъявления обвинений, ускорить судебную процедуру. Это тоже сомнительные меры, но в нашем деле полезные. И они не вызовут такой бури, как индульгенция на Непростительные.

+4

6

Краучу хочется сесть в кресло и потереть глаза ладонями. Насколько же все-таки по разному они с Элфистоуном видят мир и людей.
«Это разрушит твою карьеру» - говорит Уркхарт, словно пугает малыша бабайкой.
Барти может только хмыкнуть: «Если нас победят – я просто покойник, без всякой там карьеры. Если я одержу победу, то победителей не судят».
- Месяц это всего лишь четыре с половиной недели, порядка восьми выходных. Это мало, Элфистоун, мы пытаемся поймать этих ублюдков пять лет, а ты думаешь, что мы справимся с ними за два месяца? Люди в любом случае будут не довольны. Если мы введем военное положением – всем, что ты озвучил, если мы его не введем – тем, что мы ничего не делаем. Или ты думаешь, что от военного положения финансовых потерь будет больше, чем от серии терактов подобных этому массовому убийству под Рождество? – он пожал плечами. Декрет – это вабанк. Крауч прекрасно это понимал. Может быть он и был самодуром, но пусть враги считают его глупцом – это крайне любезно с их стороны давать ему такую фору, но когда Уркхарт пытался на пальцах как пятилетке пояснить что-то очевидное, Бартимеусу хотелось так же без снисхождения как ребенку пояснить ему другие очевидные вещи.
- Ты прав, о непростительных будут говорить на каждом углу. О непростительных, а не о том, что министерство магии бессильно поставило под удар мирных граждан и ничего не предприняло после этого терракта, - зевнул Крауч, - и поверь, если журналисты докапаются до тайных указаний аврорам или силовикам – а рано или поздно кто-то используется жесткий метод против Пожирателей – вот мы никогда не отмоемся. Нет, такие вещи делаются в открытую.
Он покрутил в руках кружку, думая об игре в шахматы или в карты…
- О, я бы отдал все на свете, если бы мне дали карт бланш всего лишь на одно встряску Министерства и Мунго без ордеров. Всего один раз, Без предупреждения, в будний день, проверить всех и каждого. Уверен, мы вскрыли массу интересных вещей, но – нет, мой зам… как это не смешно – непростительное нам визенгамот даст, а вот все то, что ты озвучил – нет. От разрешения убивать Пожирателей смерти – им никак не отделаться: любой кто проголосует против: будет выгладить косвенным сторонником Пожирателей. Даже если будет просто прекраснодушным идеалистом. А вот от разрешения досматривать и арестовывать по малейшему подозрению любимых себя – они будут отбрехиваться со страшной силой. Это же очевидно. Если бы я мог, получить хоть что-то из того, что ты озвучил, я бы давно взял пожирателей за жабры, - он вздохнул, - И ты упускаешь один существенный плюс: непростительных в ДОМП. Я ведь озвучил тебе, что будут нужны регулярные проверки патронуса. Так вот: кое-кто их скорей всего пройти не сможет – как ты думаешь кто? Я рад, что тебе не пришло это в голову – значит моя идея не очевидна даже для тебя.
Крауч улыбнулся, пожимая плечами. Иногда, чужие белые перчатки через чур ему надоедали.

Подпись автора

аватар Cell
https://i.imgur.com/KJI74o3.gif

+4

7

Если цели Бартемиуса были Урхарту понятны, то его логика, как выяснялось теперь, — не вполне. В том, что ДОМП не переловил этих выродков за пять лет, присутствовал их косяк. Они что-то делали не так. Недооценили угрозу, пока Пожиратели не заявляли о себе так явно и бесцеремонно. Просмотрели кротов в своём ведомстве. Не нашли способа вывести на чистую воду руководящую верхушку этой группы террористов во имя превосходства чистокровных. Да, Крауч говорил правильные вещи: решительные действия были необходимы. Они назревали уже очень давно. Слишком давно. Но на любой стадии развития работают свои правила. Сейчас тлеющий конфликт перешёл в открытую, горячую фазу, и ситуацию требовалось срочно переломить, пока всё не стало ещё хуже. Вопрос был в том, как конкретно в этом поможет долгосрочное военное положение в магической Британии.

— Бездействовать нельзя, тут я согласен, — Стоун глотнул крепкого кофе, размышляя над тем, есть ли какой-то способ убедить Бартемиуса поумерить свой праведный пыл и жажду отмщения и хотя бы наметить план действий на свежую голову. Ответ напрашивался неутешительный: наступление утра вряд ли что-то могло изменить. — Но каким образом чрезвычайное положение должно способствовать поимке преступников? Если они захотят устроить ещё один теракт, то вряд ли будут делать это под покровом ночи, им ведь нужен резонанс. И я не эксперт по финансам, но не исключаю, что экономические потери от длительного военного положения могут превысить материальный ущерб от терактов. Бюрократический хаос в любом случае будет обеспечен, и у других департаментов найдётся к нам много вопросов.

Хотя проблема, конечно, была не в других департаментах и не в их претензиях. Решения такого масштаба затрагивают все сферы жизни, и многие от этого пострадают без вины. Концепция «пожертвовать малым ради большого», быть может, и имела право на рассмотрение, да только «малое» в их случае опасно разрасталось до почти астрономических масштабов.

По Краучу становилось заметно, что он утомлён разговором, который сам же затеял: усталость накапливалась, а всплеск адреналина, обеспеченный необходимостью быстрых активных действий, когда всё только произошло, давно ушёл на спад. И работали-то они не с вечера, а с утра. Урхарт и сам ощущал, как виски будто сдавливает железным обручем. Но он ещё не лишился способности связно мыслить.

— Сначала они будут говорить о Непростительных, следом приплетут и беспомощность наших превентивных мер. К чему давать нашим противникам такое подспорье и подставляться под двойной удар? — возразил Элфинстоун. Его голос звучал флегматично от усталости. — Может быть, я что-то упускаю, — предположил он. — Так мы всё-таки заботимся о репутации ДОМП? И поэтому нам лучше заранее самостоятельно изваляться в грязи?

К несчастью, Бартемиус едва ли ошибался в другом: само Министерство не позволит им провести хотя бы пару внеплановых проверок внутри собственной структуры. Сразу поднимется вой: это недопустимо и неприемлемо, это ставит под сомнение авторитет власти, у нас у всех неприкосновенность, и прочее, прочее. А если попробовать протащить разрешение на такие рейды напрямую через Министра? Но нет, тоже не вариант: Минчум наложит в штаны, ведь тогда он лишится поддержки всего властного аппарата. Жаль: этот осиный улей давно пора разворошить. Странно, к слову, почему с этим так неловко справляется отдел надзора и служба контроля. Или никакой странности тут нет?

— Регулярные проверки на Патронус — это, конечно, хорошо, — Урхарт задумчиво почесал подбородок, начинавший покрываться слоем короткой щетины. — А тебе не кажется, что это не только способ выявить Пожирателей в наших рядах — если они есть — но и подтолкнуть на тёмную сторону тех, кто колеблется или устал. Я даже не имею в виду, что они непременно станут приспешниками этого так называемого «лорда». Но ты сам знаешь, как может ожесточать людей наша работа. Я бы сказал, сейчас более, чем когда-либо, имеет смысл подумать о том, как уберечь наших ребят от этого скользкого пути. У нас сейчас каждый человек на счету.

И, к сожалению, всё говорило о том, что это только начало.

+4

8

Краучу захотело постучать кончиком пера по столу, а лучше по лбу зама.
- Элфистоун, ты так говоришь, как будто в моей власти взять за шею министра магии и каждого из глав департаментов и силой заставить их принять мой декрет? Если бы у меня была такая власть единоличного правителя Британии: мне вообще не пришлось его предлагать, я просто бы провел чистку в Министерстве и Мунго. И уверен, что обнаружил бы львиную долю Пожирателей смерти среди чиновников. И парочку среди врачей. А уже по их родственникам и друзьям дошел бы до конца. Но у меня такой власти нет: я принесу этот декрет на Визенгамот как предложение. И мы его обсудим. Насчет экономических потерь… Думаю, ты преувеличиваешь. Уверен, поток туристов к нам уже превратился в тоненький ручеек. Импорт и экспорт не пострадают. Кроме того, ты забываешь, что мы государство в государстве. А ввести военное положение на территории магловской Британии мы не сможем. Так что особый спад  экономики нам не грозит. А вот следующий теракт грозит нам крупным нарушением Статута секретности. И даже если мы с трудом вывернемся: соседние магические страны с удвоенным усилием начнут осождать нас. Все и так понимают, что мы находимся с состоянии первой Британской гражданской магической войны, она просто так еще не называется. И все потери, которые мы несем: мы уже несем. Бюрократических хаос? Военное положение напротив позволит провести чистку всех лишних бюрократических процедур за ненадобностью.
Он уже знал, что они очень по-разному смотрят на мир. Но это не утешало: с другой стороны и правда хорошая тренировка. Ведь все эти вопросы ему зададут, а еще зададут другие, которые Крауч тоже предвидел, и не на все он сможет ответить так же честно, как отвечает сейчас Уркхарту.
- Честно говоря, мне кажется, что твоему белому плащу настолько претит мысль о Непростительных,  что ты передергиваешь, Элфистоун? Да, часть газет оденется в такую белую одежду праведников, пока Пожиратели не убьют кого-то из их сотрудников или семей сотрудников. Часть скажет что давно пора и назовет это решение смелым. Люди всегда будут расходиться во мнениях, если бы все были святыми, Пожирателей смерти или последователей Гриндевальда не было бы и в помине. В грязи? Не думаю.
Довод Крауча был простым: настало время решительных мер. Они либо победят либо погибнут. В первом случае: победителей не судят, во втором… ему будет все равно.
- Что ты считаешь подтолкнет их на темную сторону? Разрешение на Непростительные? Если человек уже дошел до той ручки, что готов использовать на Пожирателях Аваду, то что ты сам бы предпочел: чтобы он убил Пожирателя, сжег его труп и скрыл бы все, чтобы не пойти под расследование о превышении полномочий или пошел бы под суд? Или чтобы он принес этот труп – и мы смогли взглянуть на то, кто этот мертвец и начать раскручивать от него цепочку? Если человек уже готов упасть: он напротив сможет обсудить это с другими. Те инструктора в нашем отделении, что учат противостоять Империусу – не становятся злыми волшебника, хотя регулярно тренируют наших стажеров. Они же обучают Империусу тех, кто будет тренировать другие поколения в будущем, и помогают им советом. Чем хуже остальные? ну и будем честны: как звучат непростительные – известно. Узнать, как выглядит каст – дело техники. Любой кто хочет упасть – и так упадет. Мое решение напротив им поможет. И как я уже сказал: никакого насильного обучения не будет, - он поморщился. Это был как раз самый занудный и простой пункт.

Подпись автора

аватар Cell
https://i.imgur.com/KJI74o3.gif

+3


Вы здесь » Marauders: stay alive » Незавершенные отыгрыши » [23-24.12.1977] Кто сеет ветер, пожнёт бурю


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно