Marauders: stay alive

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marauders: stay alive » Завершенные отыгрыши » 21.02.78 Говорю сейчас, как по тонкому льду - иду.


21.02.78 Говорю сейчас, как по тонкому льду - иду.

Сообщений 1 страница 23 из 23

1

Говорю сейчас, как по тонкому льду - иду.


Закрытый эпизод (хотя конечно, это кафе, и кто знает, кто туда может зайти и увидеть нас)

https://forumupload.ru/uploads/001a/c7/fc/100/345295.jpg

Август Руквуд, Кира Харт

21.02.78 после 18.00

кафе Флориана Фортескью

Благодарный кофе с элементами допроса.

Отредактировано Augustus Rookwood (2021-01-04 01:05:19)

+4

2

Получив открытку от Августа Руквуда, Кира долго — секунд пять — кусала губы, прежде чем взяться за перо и набросать ему короткий, сдержанный ответ. На встречу она согласилась, место выбрала сама — ничего безобиднее, чем кафе-мороженое Флориана Фортескью ей в голову не пришло. Кофе там тоже делали, так что почему нет? К тому же, заведение пользовалось популярностью, там постоянно толклись не желающие прощаться с детством взрослые и клянчившие у них новый сорт мороженого дети, а Кира считала, что во время этой встречи им будет полезно оставаться на виду.

За прошедшие несколько дней она много думала о том воскресном вечере в Годриковой впадине, проведённом в борьбе за выживание внутри дома-артефакта — составляла отчёт, раз за разом прокручивала в голове собственные воспоминания и даже однажды пересмотрела их в министерском омуте памяти. Одновременно с этим Кира чутко прислушивалась к любым упоминаниям об этом деле. Так что она знала, что Руквуда вернули к жизни, что его допрашивали и в итоге отпустили. Но подробностей у неё не было, и в данной ситуации это её несколько задевало.

Кое-какие детали не давали ей покоя. Конечно, Кира не имела права на какие-либо официальные действия по этому вопросу, но после всего совместно пережитого в доме Август, видимо, был к ней расположен — иначе зачем бы он стал звать её на кофе? — и она решила этим воспользоваться. Никому не будет вреда, если она просто разок встретится с ним и поговорит, ведь правда? Тем более что его уже основательно допрашивали и отпустили. Значит, всё должно быть нормально.

Однако Кире, почему-то, было неспокойно. Именно поэтому, прежде чем отправиться к Флориану Фортескью, она отловила Еву и честно ей обо всём рассказала. Ну, то есть, не обо всём на свете, а только о своих планах на вечер. Решив не игнорировать тревожный голос интуиции, Кира сочла необходимым предупредить кого-нибудь, куда она собирается и зачем. Можно было бы мимоходом проболтаться об этом Эшлинг, но О’Флаэрти наверняка не одобрила бы и вставила ей по первое число. Можно было сразу сказать Брину, но он бы, пожалуй, не рекомендовал или даже запретил бы ей идти. Хорошо было бы сказать папе… но совершенно невозможно, потому что он просто приковал бы её к батарее. В общем, оставалась только Ева. Она, кстати, тоже не обрадовалась, долго мучила Киру, отговаривая её, но в итоге поняла, что это бесполезно. Зато теперь у Харт была гарантия, что, если с ней вдруг что-то случится, Ева сможет передать всем заинтересованным лицам, где её искать.

Опоздала Кира всего минут на пять: надо было заскочить домой и переодеться в высокие бежевые сапожки на каблуке, прикрывающую колени чёрную юбку-карандаш и ещё ни разу не выгулянный утеплённый кремовый жакет поверх шёлковой блузки (потому что старый безнадёжно пострадал в том злополучном доме). Невыразимец уже был на месте — даже сумел отыскать столик не на проходе, поэтому пищащие дети должны были сновать не повсюду вокруг них, а только сбоку. С порога найдя Руквуда взглядом, Кира помахала ему рукой и, цокая каблучками, подошла ближе.

— Никакой крови и торчащих из рукава костей, — озвучила она свои наблюдения вслух и улыбнулась. — Добрый вечер, Август. Рада видеть, что вы в порядке.

Рада Кира действительно была. Если бы невыразимец скончался, не приходя в сознание, она наверняка считала бы это и своей виной, несмотря на все сопутствующие обстоятельства. Поэтому было, определённо, хорошо, что он сейчас был тут, напротив неё, вполне живой и даже, кажется, здоровый. К тому же, задать накопившиеся у неё вопросики покойнику она бы уже точно не смогла.

Отредактировано Kira Hart (2020-10-23 10:16:06)

+5

3

[icon]https://forumupload.ru/uploads/001a/c7/fc/126/916811.gif[/icon]Из книг моего вранья можно сделать библиотеку,
Я <...> Знаю тайную суть бытия и ещё я убил человека. (c)

Августу казалось, что он не успевает за событиями.
Взрыв в опере, смерть мистера Берти – с которой что-то было не так (он догадывался, что он как-то приложил к ней руку, но совсем этого не помнил) – Мунго, Лестрейндж (мысленно его все еще передергивало – детские кошмары всегда с тобой, даже если ты думал, что давно от них избавился), допросы...
Кафе, мороженное, легкая беседа с симпатичной девушкой, которая спасла ему жизнь. Посмеются над ожившим матрасом, он расскажет ей о своем шикигами.
Да, Август был уверен, что они приятно проведут время, а потом разойдутся, и встретятся в следующий раз может быть на поле боя, когда он будет в маске.
Эта мысль ему не понравилась, но полностью скидывать ее со счетов он не мог.
Как и думать, что из этой встречи может выйти что-то большее.
Возможно, Кира Харт могла бы стать любому прекрасным другом. Думать о другом и вовсе не имело смысла: она полукровка, а значит им не по пути.
Но дружба с ней могла быть и выгодной: стажер Брина. А тот давно не брал стажеров. Возможно, удастся что-то разузнать о нем, что-то, что позволило бы чуть подвинуть его с пьедестала.
Он приходит на встречу в тонком темном свитере под горло и брюках, совсем не похожий на то, как выглядит обычно в министерстве. Никаких рубашек и жилеток.
Под воротом прячется кулон-аромолампа с парой капель жасминового масла, которое когда кулон нагревает от тепла его тела испаряется, пропитывая свитер и воздух вокруг нежным запахом. Никакой магии: мать давно привезла ему его из Греции, и Август чаще всего носил его как талисман.
Он заказывает кофе с маршмеллоу и три шарика мороженного: шоколад, и два необычных вкуса – красная рыба и горгонзола, а так же несколько лепешек, пока ждет девушку, и лениво смотрит на улицу, на текущий поток людей.
Август снова прогоняет в памяти все прошедшие дни: кто бы мог подумать, что самым сложным окажется вовсе не взрыв и не… возможно убийство – он не уверен – а Мунго. Омерзительное чувство собственной беспомощности.
Чашка греет ему подрагивающие пальцы, пока Руквуд делает большой глоток.
Он замечает ее еще в толпе, и следит за ней взглядом до двери, а потом улыбается и сам машет ей рукой.
- Добрый вечер, Кира, - Руквуд улыбается, поднимаясь и галантно отодвигая перед ней стул, - Да, на сей раз я по счастью здоров. О, не напоминайте про руку. Знаете, я до этого никогда не ломал костей и надеюсь больше не придется. Брр… очень больно, - он смеется, намазывая на лепешку мороженного со вкусом красной рыбы, и осторожно пробует его, готовый если что сразу отказаться от рискованного заказа.
Но... получается неожиданно вкусно. Даже очень.
- Надеюсь, вам не слишком досталось из-за меня. Простите, но я уже догадался, что вы вошли в дом одна. Без того отряда, о котором говорили. Наверное, если бы вы этого не сделали, я был бы мертв. Я ваш должник, Кира, - Руквуд отбрасывает за ненадобностью все, что его тревожило.
Просто хороший вечер.
Просто мороженное, кофе, девушка.
Ничего страшного не должно случится.

Отредактировано Augustus Rookwood (2020-10-24 01:32:43)

+4

4

Невыразимец был само обаяние и любезность, а в каждом его действии присутствовало нечто церемонное — или, может быть, так казалось в силу его этнической принадлежности. Кира почему-то подумала, что в исполнении какого-нибудь чистокровного британца аналогичные жесты выглядели бы более чопорно; у Руквуда же они выходили совершенно естественно и абсолютно не смущали. Он и сам сейчас выглядел далеко не так официально, как на службе, — возможно, потому что в тёмной водолазке не было ничего особенно загадочного или напоминавшего о работе в Отделе Тайн.

Улыбнувшись Августу, Кира устроилась за столиком напротив и с любопытством посмотрела на его манипуляции с мороженым и лепёшкой.
— Это что, красная рыба? — догадалась она, вскидывая бровки домиком. — И как тебе?
Он ведь уже предлагал ей перейти на «ты», ещё там, в доме. Сейчас это вполне неплохо ложилось на ситуацию и отвечало её видению дальнейшего развития событий.
— Пожалуй, тоже попробую сегодня что-нибудь необычное, — внезапно решила Кира. Кофе она заказала с маршмеллоу, такой же, как у Руквуда, а мороженое выбрала со вкусами жареных креветок, мяты и перца чили. Гулять так гулять.

— Я однажды тоже ломала руку. Но не так сильно, конечно. Мы играли в квиддич, я потеряла биту и «отбила» бладжер рукой, — Кира улыбнулась так, словно воспоминания об этом случае вызывали у неё исключительно положительные эмоции. — Больно было ужасно. — Улыбка на её лице не стала менее жизнерадостной.

— Да, ты правильно догадался, — подтвердила Кира и бойко усмехнулась. — Но это ничего. Я же стажёр, что мне сделается? Ну, попеняли немного за самодеятельность. Правда, мистер Брин обещал мне два месяца скучной бумажной работы, — она сморщила носик, демонстрируя своё отношение к эффективности такого способа «наказания». — Но в этот жуткий дом я влезла, когда не была на службе, а кто его знает, сколько ещё ситуаций, требующих безотлагательного вмешательства, мне попадётся за эти два месяца?
Кира хитренько улыбнулась. К этому моменту подоспел её заказ, и, поводив десертной ложечкой с длинной ручкой над тремя шариками мороженого в креманке, она наугад ковырнула один из них.
— А креветки очень даже ничего! — удивилась Кира. — Я боялась, что это будет несъедобно.

Первый эксперимент оказался достаточно удачным. Пора было переходить к следующему. Харт потыкала ложечкой мятное мороженое и, стрельнув глазками, подняла взгляд на Руквуда.
— Не уверена, что так уж сильно помогла, но, раз ты так говоришь… — она тихонько рассмеялась, однако после немного погрустнела и напустила на себя сосредоточенный вид. Почти заговорщицкий. — А если серьёзно, это было моё самое захватывающее происшествие за всё время в ДОМП. Можно я пожалуюсь? Я стажируюсь у хитов уже практически полгода, а меня до сих пор не допускают ни до чего интересного, максимум доверяют побеседовать со свидетелями. Я даже ни разу не участвовала в нормальном допросе. Как, интересно, я должна научиться их проводить, если мне не дают этого делать?

Кира в приливе негодования вонзила ложечку в третий шарик мороженого, исподлобья глянула на Августа и вдруг расцвела.
— А ведь ты мог бы мне помочь! Давай поиграем в игру? Я буду детективом, а ты — моим подозреваемым, — беспечно предложила она. Ну, а что? Его ведь уже допрашивали и отпустили, поэтому волноваться ему не о чем. А ей польза.
— Хотя, наверное, это глупо, — добавила Кира. — Но, если честно, я просто не знаю, о чём говорить, чтобы это не было надуманно и неловко, а это точно должно помочь с чего-то начать.
Она посмотрела на Августа с игривой искоркой во взгляде. Согласится или нет?

+5

5

[icon]https://forumupload.ru/uploads/001a/c7/fc/126/916811.gif[/icon]Кира Харт оказалась столь же обаятельно-непосредственной, как он помнил. А в своей памяти Август отнюдь не был уверен. Болевой шок, нападения одеял влияют на восприятие.
При свете дня, в кафе-мороженном она улыбалась ему так же очаровательно как и когда рассказывала о торчащей кости или собиралась ее вправить.
- Да, хочешь попробовать? – до стадии, когда юноша имеет право протянуть девушке мороженное на кончике ложки они еще не дошли. Так что Руквуд, просто опустил недоеденную лепешку на тарелку, отрезал от нее кончик, и жестом предложил переложить его на чужую.
Да, пожалуй, это было именно тем, что было ему нужно. Вкусная еда, ароматный кофе, приятная музыка и истории о бладжерах.
Август передернулся, всем своим видом изображая, что ему больно даже слушать о таком.
- Квиддич, увы я был только болельщиком. И то не внимательным. Но староста должен поддерживать свою команду, - Руквуд не стал признаваться, что обычно скучно читал, пока все остальные прыгали, размахивали шарфами, помпонами или еще чем, - Загонщица? Сурово.
Это сразу заставило его взглянуть на Харт другими глазами. Да, хрупкая девушка, вроде бы. Но Домп, да и бита для бладжера…
Она жаловалась ему на то, как скучно ей работать с бумажками, и Август кивал, задумчиво улыбаясь. Он плохо знал Брина, но тот вроде был достаточно занудным типом, чтобы и правда засадить своего стажера например за зубрежку законов или протоколов.
- О, это очень похоже и на работу в отделе тайн. Ты приходишь туда совершать открытия, и на самом деле большую часть времени сидишь в библиотеке, чтобы узнат, что до тебя уже все открыли. А в остальную часть пытаешься выполнить задание по разработке новой технологии, для которой по хорошему тебе нужны дракон, кровь девственницы рожденной в високосный год в полнолуние и четырехлистный клевер, а выдали тебе свечку и посоветовали в крайнем случае молиться какой-нибудь матери.
Ему следовало бы во время отметить то, как она взглянула на него, прежде чем озвучить свое предложение. И Август отметил, но был слишком расслаблен, чтобы сразу подобраться. Девчонка ловко «вогнала в него свой крючок». Решила, что аврорат что-то упустил? Или правда хочет практики?
Но не на того напала:
- Хорошо, - беспечно улыбнулся ей Руквуд, - Это отличная игра, офицер, - он положил ложку мороженного в рот, - Но давайте обойдемся без приковывания меня к столу, руки и так на виду, - Август рассмеялся, показывая, что это шутка и продемонстрировал ей обе свои ладони: в пальцах одной руки ложка, второй – как раз выпустили чашку, - Кроме того, я могу рассказать тебе, пока мои воспоминания о допросе аврорами еще свежи: какие вопросы они мне задавали, из тех, что не задашь ты, - юноша улыбнулся, машинально пососав ложку, - Итак, с чего начнем? Ну то есть понятно, что ты зачитала мне права, уточнила правда ли что я Август Констант Руквуд. И начинаешь задавать вопросы. Прошу.
Он снова сделал глоток кофе, не отводя взгляда от глаз Киры.
«О, давай сыграем с тобой в игру. Я скажу, а ты угадывай, где я вру…» - вспомнилась ему цитата из какого-то стихотворения.

Отредактировано Augustus Rookwood (2020-10-30 12:43:46)

+4

6

Вопрос о мороженом в лепёшке застал её врасплох, но Кира не растерялась и с готовностью придвинула свою тарелку поближе. Может, в другой раз она и не рискнёт на такой эксперимент — заказывать целый шарик мороженого со вкусом красной рыбы — так к чему упускать шанс попробовать что-то новенькое, когда оно само плывёт к ней в тарелку? Осторожно хрустнув краешком ещё не размякшей лепёшки и дойдя до её содержимого, Кира задумчиво погоняла холодное лакомство на языке, стараясь распробовать его получше.

— На удивление съедобно, — констатировала она через несколько секунд. — Даже вкусно! Уж точно не хуже моего с креветками. — Кира со смешком развернула свою тарелочку подходящей стороной, предлагая Августу честный обмен экспериментальными вкусами. — Но перец, определённо, мой фаворит!

Она снова воткнула ложечку в мороженое со вкусом красного перца. Его острота странным образом сочеталась с пониженной температурой, оказывавшей на вкус смягчающий эффект. Оригинально до дерзости.

— А ты был старостой факультета? — поинтересовалась Кира, выцепив соответствующее слово из потока речи Руквуда. — Хотя меня это не удивляет. А я об этом никогда не думала. Правда, я бы старостой и не стала: в школе я была хулиганкой, — доверительно призналась она.

— А вот квиддич мне очень нравился. Был момент, когда я даже думала заниматься им профессионально. — Кира чуть было не похвасталась, что у неё есть дядя — настоящий игрок в квиддич, но вовремя спохватилась. О таких родственных связях распространяться не следовало в принципе, и не только при внимательных и сообразительных невыразимцах. — Но потом решила, что больше хочу ловить преступников.

К слову, о работе: о процессе проведения магических «изысканий» в Отделе Тайн Кира с удовольствием послушала бы ещё — нечасто выдаётся возможность взглянуть изнутри на деятельность самого загадочного отдела Министерства. И тут уж либо Август преуменьшал значимость собственной работы, либо ситуация у невыразимцев обстояла ничуть не веселее, чем в любом другом министерском подразделении. Это было бы довольно грустно, и Кира сокрушённо покачала головой. Но потом Руквуд согласился на её игру, и она тотчас забыла о всяких сожалениях — даже тихонько похлопала в ладоши, сомкнув их в нижней части, ближе к запястьям.

— Так и быть, обойдёмся без приковывания к столу, — рассмеялась она. — Иначе нам бы понадобились игрушечные наручники, а у меня таких нет.
И это, конечно же, было единственным, что её остановило. Кира даже сама тихонько фыркнула при этой мысли.

— Да, это было бы просто здорово, — с энтузиазмом покивала она на предложение рассказать о вопросах, которые задавали Августу настоящие авроры. — Но потом, когда мы с вами закончим, мистер Руквуд, — прибавила Кира с шутливой серьёзностью, отпила из кружки с кофе, случайно поймав подтаявшую маршмеллоу, облизнула губы и, наконец, деловито сложила пальцы в замок, оперевшись запястьями о столешницу.

— Итак. С какой целью вы прибыли пятнадцатого февраля этого года в дом Эмроса Берти? И знали ли вы в тот момент, что он являлся Пожирателем Смерти? — официальным тоном осведомилась Кира, не мигая глядя на Августа.

+5

7

Руквуд охотно берет с ее тарелки кусочек и пробует.
- Хм, любопытно, - соглашается он, неожиданно приятный вкус, чем-то похоже на креветочный салат, - Из подобных я люблю корицу. Она согревает, но мороженное холодное. Получается довольно забавно. И может быть, однажды, я мог бы угостить тебя жаренным мороженым. Я пока не находил его в Британии. Это вкусно.
В детстве он очень любил, когда матушка снисходила до того, что бы сделать десерт. Жаренное мороженное или мороженное-моти в «булочке» из рисового теста (хотя конечно «булочкой» оно могло считаться весьма условно).
Теперь, когда мама была за границей с отцом, а Август был достаточно взрослым, чтобы делать эти сладости самостоятельно – обычно он ленился. Конечно, магу было куда проще, чем маглу, но... все равно это было куда сложнее, чем рядовые блюда. И хотя Руквуд любил готовить: было в этом что-то - но всегда старался выдерживать грань, за которой удовольствие переходило в "Да когда же это закончится".
- Да, был, - в улыбке Августа появляется что-то виноватое, - Я, признаюсь, тоже к этому не стремился –  обязанности отвлекали от уроков и моих изысканий. Но я был польщен доверием декана.
Он едва слышно рассмеялся, видя, как Кира хлопает в ладоши.
- У меня есть, но честно говоря, во-первых, я и подумать не мог, что они понадобятся. А во-вторых, я не уверен, что вспомню, где они.
Возможно это было лишней информацией, но Августу начинала нравиться игра. Он подозревал, что ДОМП так просто с него не слезет, и был даже слегка разочарован тем, как просто его отпустили. Всего лишь несколько допросов в Мунго, никаких тебе святая святых – допросных аврората; никаких игры в плохого и доброго аврора. Даже обидно: он так готовился… И – пшик!
Возможно, конечно, ДОМП установил за ним слежку – это было бы логично с учетом его показаний. Или даже взяли крови, чтобы отслеживать. Пусть следят...
На доме Августа стояли чары защищающие от заклятия поиска, и он всегда мог сказать, что был там.
Тем временем Кира сложила руки в замок – «Копирует какого-то следователя из отдела?» - и задала свой первый вопрос. Так же как и авроры. Так что Август ответил не задумываясь.
- Мистер Берти был другом моего деда и отца. Уезжая, отец попросил его в каком-то смысле присматривать за мной. Мы встречались каждую неделю. Беседовали о разном, - он вздохнул, - Нет, когда я получил приглашение, я не знал, что он Пожиратель смерти. Честно говоря… мне и в голову не пришло бы подозревать кого-то из моих знакомых в этом. Знаете, офицер, он был милым стариком, и не с чего было предположить, что в свободное время он охотится на других людей. Я бы не рискнул оставаться с ним в доме один на один, если бы представлял, что он может быть опасен для меня.
Выворачивать правду на изнанку входило в сферу умений Августа. Он не отводил взгляда от глаз Киры, говорил немного грустно, словно все еще не мог поверить, что мистер Берти «был» или что он «был опасен» для юноши.

+4

8

— Жаренным мороженым? — Кира недоверчиво вскинула брови. — Никогда такого не видела. Звучит очень… противоречиво. Видимо, это что-то японское? Я бы попробовала как-нибудь, люблю экспериментировать.

Корица ей тоже нравилась, но на данном этапе эту информацию Кира сочла необязательной к разглашению. Её мысли уже потекли в другом направлении, и этот горный поток было не остановить. Она лишь изумлённо вскинула брови, услышав от Руквуда, что у него где-то есть «игрушечные» наручники, но предпочла не комментировать этот пассаж, потому что ей внезапно пришло в голову, что она, возможно, не так уж хочет знать, для каких игр Август держал у себя такие вещи.

— А что за изыскания? — поинтересовалась Кира. Она не припоминала, чтобы кто-то в школе занимался серьёзными исследованиями — но, может быть, для этого просто надо было учиться на Рейвенкло? Или больше интересоваться какими-то специфическими областями магического знания, к которым у неё самой никогда не лежала душа.

Внимательно выслушав ответы невыразимца на её первые вопросы, Кира сделала пару глотков кофе, продолжая поглядывать на Руквуда из-за ободка пузатой кружки. Получалось, что его отец уже давно уехал из страны — может быть, в Японию, а может, и ещё куда. Причём, видимо, не собирался возвращаться в обозримом будущем — или вообще никогда — если уж попросил друга семьи присматривать за сыном.

— Почему он уехал? — всё-таки полюбопытствовала Кира — просто потому, что ей было интересно. Она, конечно, ничего не смыслила в укладе жизни азиатских семей, и, может быть, для них такое было в порядке вещей, но лично ей казалось странным — хотя и совершенно не подозрительным.

Тревожнее звучало другое: Август говорил, что чуть ли не каждую неделю виделся с покойным и считал его «милым стариком» — а ведь убитый мистер Берти был Пожирателем Смерти, и Кира сама видела у него на предплечье некрасивый знак в виде черепа и змеи. У Августа такого точно не было: Брин проверил его ещё там, в доме. И каково это — месяц за месяцем общаться с человеком, считая его кем-то вроде своего покровителя, и вдруг узнать, что он был сторонником террористов, убивавших мирных волшебников и нападавших на детей? Неудивительно, что Август погрустнел, когда они дошли до этого момента. А потом…

Мелочь, конечно. Может быть, чистой воды случайность — такое часто бывает в разговоре. Однако про себя Кира всё же отметила, что на один из её вопросов, Руквуд, по сути, не ответил вовсе, хотя на первый взгляд всё выглядело наоборот. Она снова подцепила десертную ложечку с длинной ручкой и задумчиво поглядела себе в тарелку, будто бы выбирая, какой шарик атаковать на этот раз.

— Если не уделять мороженому должного внимания, оно растает, — заметила Кира и улыбнулась. — Поэтому предлагаю не увлекаться нашей игрой ему в ущерб, иначе нас обвинят в жестоком обращении с десертом, а к такому меня жизнь точно не готовила.

Отщипнув понемногу от всех сортов из своей тарелочкеи, Кира сделала своего рода «коктейль» и прикрыла глаза, оценивая сочетание вкусов.

— Возможно, мистер Берти и не был опасен для вас, — внезапно произнесла она, когда снова взглянула на Августа. — Пожиратели Смерти, кажется, считают чистокровных волшебников наиболее достойными представителями нашего вида. А вы ведь чистокровный волшебник, мистер Руквуд?

Но это Кира уточнила так, между делом. У неё имелся к невыразимцу и более предметный вопрос.
— Раньше вы говорили, что в тот вечер мистер Берти хотел вас с кем-то познакомить и сделал это. Что вы можете сказать о том человеке?

+6

9

Август пожал плечами:
- Да, в… панировке, если это можно так назвать. Мои предки по матери вообще любили все зажарить в тесте, даже мороженное, - он улыбнулся: «Не всегда зажарить, но тогда мы уйдем в сложные кулинарные дебри».
Август любил вспоминать свою учебу в Хогвартсе. Тогда все казалось, куда проще, чем сейчас. Да и сама древняя школа место восхитительное, хотя тот, кто называл его самым безопасным, явно несколько лицемерил.
- Я всегда очень интересовался маглами, а магловедение в Хогвартсе преподаётся отвратительно, - он поморщился, кривя губы, - Так что приходилось собираться информацию самому. Стыдно признаться, я каждый год обещаю себе попробовать пройтись по магловскому Лондону и найти... – Руквуд задумался, припоминая слово, а потом медленно почти по слогам произнес, тщательно выговаривая, словно это был чужой ему язык - ...ки-но-те-атр, так, кажется, это называется. Очень любопытная штука. Но все никак не решусь. Конечно, я много читал, и даже уже был в магловской части Лондона. Но не могу отделаться от мысли, что обязательно сделаю что-то не так и случайно нарушу статут. Согласись, Кира, было бы крайне неловко объяснять на суде старичью из Визенгамота про движущиеся картинки маглов, - он с явным смущением на лице развел руками.
Игра тем временем продолжалась. Август посмотрел на свой десерт и, кивнув, вложил в рот еще одну ложку горгонзоллы, медленно смакуя ее вкус. Ему было немного жаль, что он не помнит, как все происходило на самом деле. Более того, даже толком не может догадаться какие у него были на этот счет планы. Да и не стоит, по крайней мере в течении ближайшего месяца.
Милорд прозрачно дал понять: никакой метки, пока интерес аврората к Августу не уляжется. Руквуд не возражал. Это было и разумно, и сама метка... да, она была безусловно неким знаком отличия. Но знаком обоюдоострым. Впрочем, думать об этом сейчас, пока юная мисс Харт наблюдает за ним так внимательно, явно не стоит.
Он отправил в рот еще одну ложку мороженного, и улыбнулся.
Этого вопроса ему аврорат не задавал. Они были в курсе его обстоятельств.
- Мой отец глава посольства магической Британии в  магической Америке. Вот уже несколько лет. Матушка сопровождает его. Пока не ввели военное положение, мы виделись несколько раз в год. Они приезжали ко мне, я приезжал к ним. Сейчас... Видите ли, офицер, США спит и видит, как бы навязать нам в связи с ситуацией с Пожирателями своих наблюдателей или даже миротворцев. Так, что боюсь, даже если бы мне выдвинули обвинения, он не смог бы приехать. Разве что вместе с потерей должности, - Август вздохнул, запивая прохладное мороженное горячим напитком.
Возможно, кстати это стало одной из причин того, что его так легко отпустили. В аврорате понимали, что если они не смогут доказать его вины, то получат недовольство и невыразимцев и дипломатов. А зацепится им было не за что. Плюс, Руквуд подозревал, что сам факт того, что жертвой был пожиратель: возводил его в глазах некоторых авроров в ранг «хорошего мальчика.»
Чистокровный ли он – хороший вопрос, смотря с какой стороны посмотреть.
- Боюсь, об отношениях в среде чистокровных нужно писать отдельный трактат, офицер. Например, существует такое понятие, как предатели крови. Не знаю, что думают на этот счет Пожиратели смерти. Но думаю отказ сотрудничать с ними автоматически приговаривает тебя к смертной казни. Например ваш руководитель мистер Крауч – относится к священным двадцати восьми, как и мистер Пруэтт из аврората, но полагаю, в них пожиратель кинул бы непростительным даже с большим удовольствием, чем в маглорожденного. А мистер Берти причинил мне боль и пытался меня убить. Что же касается моей чистокровности. Да, я чистокровный. Не двадцать восемь священных, но достаточно древний род. Руквуды из грачиного леса, - протянул Август тоскливым тоном, закатывая глаза, а потом выпрямился, снова встретился с ней взглядом и очень серьезно со вздохом сказал: - А теперь не под протокол, Кира. Видишь ли, есть еще один нюанс. В японских и британских традициях понятия чистокровности считаются по-разному. По японским традициям я мог бы считаться той самой священной кровью. По Британским... я, конечно, чистокровен, но священные двадцать восемь во главе с мистером Катарактусом Ноттом, - он намерено исказил имя Кантакеруса (Ибо искренне считал, что бедняга явно страдал катарактой, когда составлял свой список), - Могли бы обозвать меня и «опасным полукровкой». Так называют тех, в чьих жилах можно найти примесь крови магических существ. Но я надеюсь: ты не станешь делиться с ними этой информацией.
Хочешь стать действительно хорошим оммедзи... будь или «опасным полукровкой» - «лисьим принцем» или сумей соблазнить кицунэ.
Август задумчиво улыбнулся. Он был действительно хорошим оммедзи. Еще пара лет, может даже меньше и он сможет призвать еще одного шикигами. А там где два - там скоро будет больше.
-Тот человек... Дядюшка Эмрос... то есть мистер Берти: он не предупредил меня о нем. Я заподозрил неладное сразу, как его увидел. Он скрывал себя какими-то иллюзионными чарами. Взгляд как бы соскальзывал с него. Он выше меня, но быть выше меня не сложно, - Август хмыкнул, - Довольно худощавый. Говорит властно и уверено. Он либо сторонник Гриндевальда либо выдает себя за него. А значит ему либо за пятьдесят либо он сын кого-то из тех, кто лично знал его. Он довольно безжалостен. Это он сломал мне руку. Больше я не могу ничего существенного, пожалуй, о нем сказать. Мистер Берти сразу потребовал, чтобы я принес его гостю неприложный обет, - Руквуд покривил губы недовольно, - Это меня обеспокоило. Но он потребовал всего лишь никому не рассказывать о том, что он мне скажет за этот вечер. Я решил: это приемлемый вариант. В тот момент я уже начал подозревать, что ничем хорошим ужин не кончится. Я был в меньшинстве, и мне приходилось принимать условия их игры, пока я не получу возможность сбежать, - он почти нервным движением собрал с чайной ложки мороженное, и посмотрел на Киру.

+4

10

Кира рассмеялась.
— Да, с маггловедением у нас в школе действительно так себе.
Причём обнаружила она это опытным путём, когда выбиралась погостить к той части родственников, которые не были волшебниками. Они, строго говоря, не были даже её кровными родственниками, потому что дружно скучковались по линии отчима, но это не отменяло довольно плотного общения Киры с дядями, тётями, бабушками и дедушками, весьма далёкими от магии. И перенятые от них знания об этом загадочном мире и навыки ориентирования и выживания в оном оказались выходящими далеко за пределы школьной программы по названному Августом предмету.

— Кинотеатр, да! — оживилась Кира. — Я ходила несколько раз, это довольно забавно. Немножко похоже на погружение в чужие воспоминания через омут памяти, только ты смотришь на них не изнутри, а со стороны, сидя в зале напротив экрана. И показывают тебе не то, что было на самом деле, а всякие выдуманные истории, в которых настоящие люди изображают вымышленных персонажей… А иногда там всё взрывается, почти как по-настоящему! Ну, только безопасно. Можем как-нибудь сходить вместе, я видела, как там всё работает и что нужно делать, чтобы не выделяться из толпы… Прошу прощения, я отвлеклась.

Она поняла это, только когда уже озвучила своё предложение. Не стоило, совершенно не стоило так опережать события. Вдруг ей не понравятся итоги их сегодняшнего разговора? С другой стороны, не понравиться ей они могли, главным образом, в том случае, если эта встреча не снимет накопившихся у неё сомнений, а тогда её любопытство не успокоится, пока не будет удовлетворено, это Кира за собой уже знала.

Информация же об отце Руквуда была для неё откровением, потому что давать почитать личные дела сотрудников Отдела Тайн стажёрам без насущного повода как-то не принято, да и в тонкости дипломатических отношений магической Британии с другими странами Кира посвящена не была. Но в целом звучало грустно.

— То есть, ты тут один? — сказала она, мысленно представляя, каково бы было ей самой жить в чужой стране, когда поблизости нет ни папы, ни мамы, ни толпы других членов семьи разной степени родства. — Наверное, это очень одиноко…
Кира нырнула в чашку с кофе, согреваясь от его ароматного тепла.

— Мы и так говорим не под протокол, — напомнила она невыразимцу, когда он решил прояснить нюансы относительно понятия чистокровности в разных странах, и мягко улыбнулась. Только Кира думала, что сейчас Август выскажет ей какую-нибудь философскую конструкцию метафизического характера, а вместо этого его речь завершилась неожиданным «признанием». «Опасный полукровка», надо же! Она чуть было не фыркнула на этот пассаж, но так удивилась от следующих слов, что забыла об этом намерении.

— Магических существ?! — невольно вырвалось у Киры. К счастью, негромко, потому что Руквуд тут же попросил её не рассказывать об этом всем подряд. Или, точнее, отдельным избранным.
— Разумеется, я не буду об этом говорить, — пообещала она, хотя на самом деле ей до жути захотелось расспросить Августа, о каком существе речь. Наверное, что-то японское. Впрочем, для неё это никакого значения не имело — ей было элементарно любопытно. — Особенно представителям двадцати восьми священных.
На этом месте Кира не удержалась и всё-таки смешливо фыркнула.
— Среди моих близких знакомых всё равно нет тех из них, кто был бы обеспокоен вопросами крови. — Уизли, к примеру, об этом, кажется, вообще не думали. Даже непонятно, как они надолго задержались в этом злачном списке. — И на здешние аристократические приёмы мне, вероятно, светит попасть только в качестве охраны, и то не факт. Но не могу сказать, чтобы я к этому стремилась.
Она пожала плечами, подбирая ложечкой подтаявшее мятное мороженое и сосредотачиваясь на событиях в доме-артефакте.

— Почему мистер Берти пытался убить вас, Август? И, если он хотел убить вас, то зачем сначала решил причинить боль?

У Киры снова появилось неприятное чувство, как будто она пытается ловить рыбу в мутной воде, не имея уверенности в том, есть ли она там вообще, эта рыба. Особенно ей не нравился таинственный незнакомец, которого описывал Руквуд. Рассеивающие внимание чары, приверженность идеям Гриндевальда, если не ему самому, требование Непреложного обета и сломанная рука… Во что же ты влез, Август?

— И, в продолжение предыдущего вопроса: почему этот неизвестный сломал вам руку? Вы же согласились принести клятву, которую он попросил.

Понять бы ещё, как увязать кровожадного сторонника Гриндевальда с не менее кровожадным Пожирателем Смерти… Кира ложечкой проделала отверстие в шарике креветочного мороженого, но это не мешало ей поглядывать на невыразимца. В этот миг ей вдруг показалось, что она предвидит, каким в общих чертах будет ответ Руквуда — но ей хотелось бы ошибиться на этот счёт.

+5

11

Август с живейшим интересом в глазах подался вперед, отложив ложку: он только что отправил в рот последние остатки «горгонзолы».
Магловские живые картинки – пожалуй было единственным, что из известных ему изобретений маглов (не считая тех, что были и в волшебном мире, вроде магического радио, например) не вызывало в нем внутреннего отторжения. А напротив очень интересовало. Он уже читал несколько магловских романов, но признаться… они давались ему зачастую с трудом. Каждый раз приходилось себе напоминать, что они не могут аппарировать, или что вместе домовиков у них есть «слуги». И судя по некоторым книгам, эти «Слуги» - те же маглы, а вовсе не какой-то иной вид, хотя часть магловской аристократии относилась к ним даже хуже, чем маги к домовикам. Август думал, что "кино" сделает маглов более понятными для него.
- О, - выдохнул он, глядя на Киру с нескрываемым уважением и даже восхищением, - Это потрясающе интересно звучит. Вы куда храбрее, чем я. Я буду очень вам признателен, Кира, если вы, и правда, покажите мне магловский мир. Разумеется, если я не слишком надоем вам, пока не закончится кофе. Навязываться не в моих привычках. Тем более даме.
Эта мысль отвлекла его: привыкший всегда подкладывать соломку, Август сразу же увлекся идеей спланировать посещение того самого кинотеатра, и едва не пропустил следующий вопрос.
- Да, я один, - он недоуменно приподнял бровь, - Но я достаточно взрослый, чтобы жить самостоятельно. Хотя, конечно… - Руквуд поднял свою чашку обнимая ее длинными пальцами, - Уверен, что в нашу прошлую встречу я явно не выглядел тем, кто может за себя постоять. Особенно для вас: уверен любой оперативник ДОМП без труда уложит меня на обе лопатки, - он улыбнулся, - Я скучаю по матери. И по отцу, конечно, тоже. Но я могу общаться с ними через зеркало. Кроме того, у меня довольно много знакомых и друзей. В том числе среди ваших коллег. Если мистер Саваж будет забегать к вашему наставнику, как вводится у него в обычае – по его словам – обязательно передавайте ему поклон от меня, - Август улыбнулся и понизил голос, - Не говоря уж о том, что я уверен: после того случая с домом, один или может быть даже два аврора приглядывают за мной, - он проговорил это секретничающим полушепотом, - Во всяком случае, я был бы очень рад, если бы это было так. Знаете, после того как безобидный старик, качавший тебя на коленях и даривший шоколадных лягушек, оказался убийцей... немножко нервно. Хотя вряд ли я настолько интересен ДОМП, чтобы мистер Скримджер или кто там занимается этими вещами, выделил для присмотра за мной больше одного человека.
Во всяком случае, Руквуд выделил бы на ближайший месяц. Это было разумно.
Он допил свою чашку, и подумал, что через минут пять надо бы сходить за второй.
- Да, где-то среди моих много-раз-пра-пра-бабушек затесалась кицуне, - улыбнулся Август, - Хвоста у меня нет. Клянусь, - он поднял руку в классическом жертве обещания, - И лисьих ушек тоже.
Собрав кусочком мягкой вафли остатки мороженного Руквуд, задумчиво постучал кончиком ложки по блюдцу. Это был странный и неожиданный вопрос: откуда бы ему знать зачем его пытались убить... Хотя...
- Я не знаю, - тихо сказал он, - Логичнее всего ему было бы объединиться со мной против общего врага. Как бы объяснить вам, Кира, не нарушая моего обета. Понимаете, ваш коллега, он задавал мне вопросы, на которые я отвечал да или нет, или что не могу ответить, не нарушая клятву. Но это было долго. Потому, я попробую… составить из тех вопросов, историю, которая… - Руквуд протягивает последний слог, что-то формируя в голове, - Представьте гипотетическую ситуацию. Глава некой тайной организации предлагает присоединится к ней новому члену, но в лояльности этого нового человека он не уверен. В таких случаях, в романах, да и в реальности, я думаю тоже, новичка всегда стараются повязать кровью. Заставить его убить кого-то, чтобы если он задумает сбежать, можно было угрожать ему раскрытием того, что он совершил убийство. Особенно если под боком есть предатель, - он прикусывает губу, задумываясь, - В тот момент: я не ожидал ничего подобного, и замер как в ступоре. Мистер Берти тоже явно не ожидал, но он был куда опытнее меня, и сориентировался быстрее. Он атаковал нас обоих. Это привело меня в чувство. Я выпустил своего шикигами: чтобы он защитил меня пока я буду уходить и попытался сбежать. Но… порез я почти не заметил, а вот когда мне сломали руку, я потерял контроль над шикигами из-за боли. И тот исчез. Знаете, я согласился на допрос под веритасерумом. И когда ваш коллега спросил меня – убил ли я мистера Берти, я ответил ему, что не знаю. Мой шикигами вполне мог успеть перегрызть ему горло или... в общем, если у трупа что-то отъедено, то да – это я убил мистера Берти. Но ваш коллега меня успокоил. Видимо лис напал или на другого или не успел добраться ни до одного из них. Но, я отвлекся, - Руквуд облизнул губы, - Ваши вопросы... Мистер Берти скорей всего пытался убить меня и своего гостя из самозащиты, хотя не атакуй он меня: я бы мог ему помочь. А его гость пытался остановить мой побег, я думаю… Честно говоря, мне сложно представить чем он руководствовался. Так что я могу лишь предполагать, - Август нервным движением потянулся за чашкой, вспомнил что она пуста, - Я возьму себе пожалуй еще что-нибудь. Вам что-то принести?, - после глубокого вздоха предложил он.
«Мне нравится ваша игра, Кира Харт. Бодрит. Но как же вы самоуверенны…»

Отредактировано Augustus Rookwood (2020-11-18 18:55:46)

+3

12

Судя по взгляду Руквуда, маггловское кино вызывало у него такой живой и неподдельный интерес, что он с готовностью отправился бы туда прямо сейчас, если бы Кира его позвала. При этом на неё саму Август смотрел, как на человека, способного сотворить нечто удивительное и невероятное — засунуть голову в пасть венгерской хвостороге, например, или виртуозно исполнить на скрипке «Полёт шмеля», выписывая в воздухе кульбиты на метле.
— О, храбрость тут ни при чём, — отмахнулась Кира. — Я же ходила туда не одна. Меня водили более осведомлённые… друзья, которые и научили меня, что надо говорить и что делать. А вот вы, Август, явно преуменьшаете свои достоинства. Если бы не ваш защитный барьер в том доме…
Она покачала головой и запила вздох остатками кофе в чашке.

Следующие слова Руквуда заставили Киру задуматься о том, насколько чаще, должно быть, невыразимцы работают в команде с аврорами, чем с хитами. Однако это было понятно и логично.
— Если я увижу мистера Саважа, непременно передам ему привет, — заверила Августа Кира.

Поведанные ей заговорщицким полушёпотом подозрения о том, что за Руквудом приглядывает аврор или парочка, могли бы быть крайне романтичными, как любые шпионские страсти, но Киру они немного обеспокоили по совершенно иной причине. Многие авроры знали её хотя бы в лицо. Если папа выяснит, с кем она тут поедает мороженое, жди локального армагеддона. Впрочем, даже если так — наверняка для этого потребуется некоторое время. А пока оно оставалось, можно было продолжать разговор.
— Надеюсь, всё-таки, что за нами не следят, это было бы неловко, — хмыкнула Кира, исподволь скользнув взглядом по залу кафе, и переключилась на другую тему. — Между прочим, даже немножко жаль: лисьи ушки — это очень мило. Думаю, они бы тебе пошли. — Она не удержалась от улыбки.

Просто удивительно, как беззаботные посиделки в уютном кафе переплетались в этот вечер с расследованием тёмной истории с убийством Пожирателя Смерти и зачарованным домом. Контраст был оглушительным, однако что-то подсказывало Кире, что теперь для её жизни это будет скорее правилом и нормой, чем исключением.

От рассказа Августа сердце у неё забилось чаще, а тонкие пальцы с силой сжали ложечку для мороженого, подтаявшие остатки которого уже окончательно перемешались на тарелке. Но это перестало быть важным, и Кира о них моментально забыла. Она и о необходимости дышать-то вспомнила с трудом — столько эмоций у неё вызвал рассказ Руквуда. Выводы тоже напрашивались пугающие.

— Выходит, тебя пытались завербовать Пожиратели Смерти, — не без труда взяв себя в руки, резюмировала Кира. — И даже если это были не они, а какая-то конкурирующая с ними группировка, эти люди ничуть не лучше них, а тот, кого ты видел, был их главарём.
У неё мурашки побежали вдоль позвоночника, когда она подумала, в какую историю вляпалась бы, окажись она в том доме парой минут раньше.
— Но они же не остановятся! — сообразила Кира. — Тебя точно должны охранять, чтобы…
Она прикусила губу. Теперь на неё снизошло озарение, почему Руквуда могли отпустить после Мунго так легко. Его просто использовали как наживку. Проклятье.

Ей показалось, что невыразимец уже встаёт, чтобы отойти к прилавку и дополнить заказ, и Кира быстрым движением ухватила его за руку в районе предплечья, в естественном порыве сжав пальцы, как будто старалась его удержать. Вообще-то, именно это она и делала.
— Август, а почему ты кричал? Я имею в виду, после того как тебе удалось скрыться от тех двоих. И ещё этот взрыв. Ты точно не видел, что стало его причиной?

Несколькими мгновениями позже Кира отпустила руку Руквуда.
— Я бы выпила ещё кофе. С корицей и взбитыми сливками, — сказала она. И улыбнулась.

+4

13

«Значит, у нее есть друзья маглорожденные или маглы. Следовательно, она скорей всего полукровка в каком-то не большом поколении. Может быть даже кто-то из родителей магл. Жаль… С другой стороны, она и правда, если захочет продолжить наше общение сможет множество всего мне показать. Любопытнейших штук.»
Август почувствовал, как к скулам против его воли приливает кровь: он попался как мальчишка в ловушку, о которой дурачок-дурачком не подумал, барьер был меньшей из его удач. Юноша улыбнулся:
Думаю, каждому из нас кажется обыденным то, с чем он привык иметь дело. Боюсь, умелого и героического в моем барьере было только то, что я поставил его со сломанной рукой и кровопотерей. Но моя матушка, которая обучила меня оммедо, стремилась к тому, чтобы я мог машинально делать все в своей области, не взирая на внешние обстоятельства. Так что боюсь, мне было проще поставить такой барьер, чем сосредоточится например на обычном протего, - он опустил взгляд, посмотрев на размазанные по блюдцу потеки мороженного, и смущенно искоса посмотрел на Киру.
Невыразимец кивком поблагодарил ее за обещание передать привет.
- А мне было бы спокойнее, на самом деле, - он не кривил душой: подобная слежка была бы предсказуемой, если бы ее не было, это значило бы, что они придумали что-то еще, и тогда можно было бы поволноваться, - Но что неловкого может быть в том, что мы общаемся? Это вполне естественно, что после того, как вы помогли мне, Кира, я захотел угостить вас.
Он заметил, что его рассказ взволновал мисс Харт. Неудивительно: он и сам явно не был к нему равнодушен. И она сделала правильный, логичный вывод.
Август стремился к тому, чтобы она, наконец, начала видеть в нем жертву. Молодого и очень даже уязвимого парня. Это все упростит.
- Я не уверен на счет того, что это были именно Пожиратели, но не исключаю этого, - он зябко передернул плечами, словно в кафе вдруг потянуло холодным, - И… я очень надеюсь, что это был не их главный. Иначе я бы, наверное, точно не выжил, или возможно был бы сейчас в их руках. Вряд ли он сам лично ходит вербовать новых сторонников. Наверняка у него есть для этого специальные другие люди. И я вряд ли настолько ценный кадр, чтобы ходить лично, - юноша прерывисто вздохнул, заметив как она закусила губу не договорив фразу.
«Да, твой чудесный аврорат, использует меня как червячка на ниточке, чтобы поймать большую рыбу. Как это благородно, правда? И они не приставили ко мне охрану в открытую, чтобы не спугнуть рыбку.»
- Я знаю, Кира, то есть... я тоже так думаю, - он кивнул, - Поэтому теперь обычно я сразу из министерства ухожу порт-ключем домой. Или стараюсь быть в людных местах, как это кафе. И больше не хожу в гости к старым знакомым, во всяком случае, пока… Именно поэтому мне спокойнее думать, что аврорат присматривает за мной.
Он посмотрел на ее руку на своем предплечье. Такие тонкие пальцы. Вспомнил как она уцепилась за него, испугавшись осколков. И аккуратно накрыл тыльную сторону ее ладони своей – длиннопалой, изящной рукой.
- О… - Август посмотрел на нее сверху вниз, коротко прикусил губу, краснея, - Это постыдная часть моей истории. Мне было очень больно, Кира. Так что я кричал. А еще... у меня никак не получалось наложить обезболивающие, пока вы не появились, - он вздохнул, - Я не видел, что стало причиной взрыва. Только слышал его. Боюсь, если бы я был там поблизости, то стал бы куда менее целым, чем есть сейчас. Там разнесло пол стены: сам я видел это только глазами шикигами, и помню этот момент очень смутно, словно во сне. Но авроры говорили, там не было куска стены. Должно быть этот волшебник очень сильный. Или артефакт, которым он взорвал стену. Наверное, он знал, что в случае смерти мистера Берти дом станет ловушкой, и так как точно не мог успеть добежать до двери, пытался уйти таким способом.
Он испытал мгновение сожаления, когда ее рука выскользнула из-под его пальцев. Странное чувство и совсем лишнее, учитывая кто она, и кто - он.
- Конечно, - Август улыбнулся и отошел к прилавку, убирая за ухо прядь темных волос. Он быстро сделал заказ, и через некоторое время вернулся с двумя одинаковыми чашками, и розеткой с маленькими мармеладками разных вкусов, которую поставил между ними.
- Еще не много, и вы заставите меня признаться в том, что мне страшно, Кира, - он улыбнулся с явно деланным беспечным видом, - И тогда я окончательно умру со стыда. Еще вопросы? – он закинул в рот маленькую мармеладную ракушку.

Отредактировано Augustus Rookwood (2020-11-20 20:53:57)

+3

14

Ощутив прикосновение к своей ладони, Кира опустила взгляд и обнаружила в соответствующем месте аккуратную, изящную руку Августа. На миг она задержала дыхание, потом подняла глаза на Руквуда и сдержанно улыбнулась.

— В страхе нет ничего постыдного, — негромко сказала она. — Тем более в такой опасной ситуации и после того, что тебе пришлось пережить за последнее время.

Прошло несколько мгновений, прежде чем их руки разомкнулись, и Август удалился к прилавку, чтобы взять им ещё по чашке кофе. Всё это время он оставался у Киры на виду, и ничто не мешало ей проводить невыразимца взглядом.

Она чувствовала себя отвратительно. Ей по-человечески нравился Август. Он вёл себя скромно, но не застенчиво, держался обходительно и очаровательно краснел. Она хотела ему верить.

Неприятно было думать, что Аврорат отпустил Руквуда после допроса лишь для того, чтобы использовать его как приманку для ловли крупной рыбы, что называется, на живца. Но Августа Кира знала и непосредственно видела перед собой, в общей сложности, едва ли больше часа, а папу — практически всю свою сознательную жизнь. Если это было решение Аврората — это было и его решение, а он не мог так поступить. Использовать втёмную ни в чём не повинного волшебника, не имеющего отношения к ДОМП, и заведомо подвергать его жизнь опасности ради призрачной возможности поймать кого-то из Пожирателей Смерти или другой опасной банды — папа ни за что бы так не поступил. Это было совершенно исключено… Разве что он не считал Руквуда таким уж невиновным. Однако при наличии хоть каких-нибудь доказательств его всё равно не отпустили бы спокойно разгуливать по городу. Значит, всё ограничивалось подозрениями — но, значит, они были.

Август обернулся, дожидаясь заказа. Кира поймала его взгляд, улыбнулась и помахала ему.

Руквуд производил приятное впечатление. В том доме он держался достойно, несмотря на раны, да и сейчас вёл себя, пожалуй что, безукоризненно. Он был ей симпатичен, и Кира хотела ему верить. Но не могла. Потому что он, может, и не лгал напрямую, но точно чего-то недоговаривал, причём даже в тех вопросах, которые не имели непосредственной связи с его Обетом.

Его последний ответ это косвенно подтверждал. Люди, конечно, кричат от боли — но это, как правило, бывает в один самый острый момент, когда боль наваливается внезапно — когда ломается рука или нож вонзается в ногу. Ещё вскрикнуть можно от неожиданности — например, если раковина в ванной крайне внезапно пытается отгрызть тебе пальцы. Но вскрик, который услышала Кира, когда попала в дом, хотя он явно был криком боли, прозвучал со второго этажа, а раковина на Августа нападала внизу. Существовала вероятность, что уже там, наверху, на него напало что-то ещё — но почему тогда было об этом не сказать? Кроме того, когда Кира свалилась ему чуть ли не на голову в спальню на втором этаже, мебель там ещё только начинала «оживать» и совершать поползновения в их направлении. И до этого он отвечал на некоторые её вопросы, скользя мимо них плавно и незаметно, но было ли это случайностью или умыслом? Для однозначного суждения по этому поводу у неё было слишком мало данных.

Однако всё это в целом означало, что Руквуд темнил. Следовательно, ему было, что скрывать. Что? Этого Кира не знала. Это могло быть что-то безобидное, завязанное, к примеру, на чувстве стыда — но могло быть и что-то более серьёзное. И игнорировать это обстоятельство было невозможно. Она же хит-визард! Пусть и всего лишь стажёр, зато — дочь самого Руфуса Скримджера и обязана быть, как минимум, вдвойне осторожнее, чем любая девушка на её месте.

Все эти рассуждения навалились на Киру тяжёлой снежной лавиной, и, не разобравшись пока, как с ними быть, она сочла за лучшее делать вид, как будто ничего не изменилось. Август вернулся с двумя чашками кофе и вазочкой разноцветных мармеладок, и это было так же мило, как обмен мороженым до этого, но Кира уже не могла в полной мере насладиться ситуацией и позволить себе поддаться эмоциям.

— Если авроры сейчас в самом деле приглядывают за тобой, это даже хорошо, — сказала она, с благодарным кивком забирая новую кружку с кофе из рук Руквуда. — Но они же не будут делать это вечно, а те, кто пытался тебя завербовать, могут выждать какое-то время, пока ты не останешься без охраны, и что тогда?
Что уж там, ответ был примерно ясен и ничего хорошего не предвещал.
— Ты хотя бы догадываешься, почему они вообще на тебя вышли? И… у тебя точно не осталось никакого способа связаться с ними? Потому что, мне кажется, было бы разумно попытаться… кхм… ну, спровоцировать их на новый контакт, пока за тобой приглядывают. Надеюсь, что приглядывают.
Она погоняла ложечкой шапку взбитых сливок над чашкой кофе.
— В любом случае, я думаю, ты очень храбрый волшебник, Август.
Тут Кира ничуть не покривила душой: она действительно так считала, даже если поводы для проявления этой смелости оставались для неё сомнительными.

+3

15

Меньше всего Августу бы хотелось, чтобы что-то подозревая или присматривая за ним, мисс Харт вляпалась бы в какую-нибудь неприятность. Она всего лишь стажер, при чем совсем маленький: вероятно первый год. Значит в серьезную боевую задачу ее еще два-три года не возьмут, если Брин не псих. А он, по слухам, интересный экземпляр, и даже опасный, но точно не тот, кто кинет юную девушку в центр боя с Пожирателями смерти. Другое дело, что влезшая в опасный дом Кира, может влезть туда сама. Или начать вести собственное расследование.
Достаточно того, что ее увидел в воспоминаниях Августа – Лестрейндж. «Пусть только попробует…» мрачно сказал сам себе Руквуд. Но мало ли кто еще...
- Не хочу об этом думать, но я уже, наверное, говорил, что осторожен. И стараюсь не оставаться один, если это конечно не мой дом, куда я бы... никому не рекомендовал бы соваться без спроса, - Август мягко улыбнулся.
Он выпрямился, услышав следующее предложение Киры. Да как раз то самое о чем он думал.
Хитрый план маленького стажера. «Никогда так не делай, Кира… во всяком случае, пока ты собираешься выжить.» Он мог бы сделать для нее подарок, который будет ее охранят. Но в их отношениях для такого жеста – еще рановато. А значит подозрительно.
«Ксо... Мне надо отговорить тебя так, чтобы ты а) не решила, что я это делаю, потому что связан с ними. б) не полезла туда сама.»
- Понятия не имею, - задумался Август, - Самый простой вариант: сам мистер Берти. И этот вариант мне нравится. Потому что если это не он, то где-то среди моих близких друзей есть еще один... из них. Это все как-то связано с тем, что магическое правительство Японии поддерживало Гриндевальда, и тем, что моя мать – японка. Вот только, ее увезли из родной страны когда все это с Гриндевальдом только началось. И она совсем не симпатизирует этому Темному магу. Но... дядюшка Эмрос знал... меня очень волнует вопрос магловского оружия. Того, которое использовалось как раз на японцах – американцами, - он сморгнул, - Я советовался с ним, когда министерство магии отказалось финансировать мой научный проект, который мог бы защитить магловские кварталы от него. Возможно, он решил, что раз я разрабатываю проект «щита», то мне может быть интересен и «меч» направленный против маглов и маглорожденных. Но... насилие – козырь делитантов. Я всегда так считал, - Руквуд машинально отвел с лица волосы за ухо, - Простите, Кира, я отвлекся... – Август виновато улыбнулся, - Мне не кажется разумным, напротив – опасным – любые попытки провоцировать их на общение. Одно дело, если бы ко мне пришел старший аврор и предложил какой-то план, в безопасности которого я был бы уверен. Но мы с вами? Это безумие. Мы даже не знаем точно: правда ли за мной присматривают. А мне совсем не хотелось бы... чтобы меня снова ставили перед выбором: убей или умри, - он передернулся.
Руквуд потянулся через стол и накрыл ее руку ладонью:
- А теперь, Кира, пообещай мне, что ты не попытаешься без своего наставника или старших авроров влезть в какую-нибудь авантюру ради меня. Я взрослый волшебник, и... ладно, я думал, что я вполне способен за себя постоять, но я работаю над тем, чтобы больше так глупо не попадаться. Обещаешь? – он выразительно посмотрел ей в глаза.

+3

16

Эти связи с Гриндевальдом, которые, вроде бы, были, но вроде бы и нет, всё усложняли и запутывали. Вернее, рассказ Августа объяснял, почему местных сторонников побеждённого волшебника, если таковые здесь ещё оставались, мог заинтересовать выходец из страны восходящего солнца — притом, что его семья до сих пор не была замешана во всей этой истории. В то же время, если бы не этот рассказ, Кира решила бы, что завербовать Руквуда с вероятностью 99,9 процента пытались Пожиратели Смерти. В любом случае, всё это было подозрительно и страшно интересно.

Но дальше Август ушёл в такую неожиданную сторону, что Кира поневоле отвлеклась от того, что считала основным предметом их разговора, и широко распахнула глаза, после чего несколько раз моргнула. Она не очень хорошо разбиралась в маггловской истории, но благодаря большому набору родственников-магглов по линии отчима обладала отрывочными знаниями в разных сферах, и сочетание Японии, Америки и оружия в одном предложении не было для Киры совсем уж пустым звуком. Она нахмурилась, припоминая подробности. С подробностями было плохо, но зато она помнила суть.

— Хм-м… — протянула Кира. — Хиросима? Дедушка рассказывал мне, что там была какая-то очень страшная бомба… Август! Ты считаешь, что магглы могут на нас напасть — вот так, серьёзно, по-настоящему?
Ей самой такая мысль до сих пор в голову не приходила. Магглы вообще в большинстве своём не знали о существовании мира волшебников, и вряд ли те, кто знали, желали магам зла: в конце концов, осведомлённость преимущественно вытекала из родства с колдунами и ведьмами, а кто идёт войной против собственной семьи? В принципе, её даже не удивляло, что в Министерстве «оборонный проект» Руквуда сочли или нецелесообразным, или слишком затратным. Но мысль Августа шла ещё дальше, и поспеть за ней было нелегко. Но Кира постаралась. Получалось, что некая группа магов заинтересовалась разработками невыразимца, отклонёнными Министерством, но решила превратить щит в меч. Это стоило запомнить.

А вот рассуждения о гипотетическом плане, который мог сложиться у них двоих, безусловно подкупали, хотя и удивили Киру едва ли не больше, чем упоминание о маггловской бомбе. Она-то ничего такого не подразумевала… хотя идея была превосходная.
— Ну, присматривают или нет — это всегда можно выяснить, — промурлыкала она, гоняя ложечкой шапку взбитых сливок над своей чашкой кофе. — По-моему, установить с ними контакт — это вполне жизнеспособная идея…

Кира сделала паузу, чтобы глотнуть ароматного напитка и стащить из вазочки мармеладку многообещающего алого цвета. Наверное, она действительно была не совсем в том положении, чтобы настаивать — особенно если учесть, что она понятия не имела, что именно скрывал Руквуд. Однако как раз эта зона непознанного будоражила воображение и подталкивала её к активным действиям, и Кира уже почти начала строить для себя план действий, когда невыразимец снова накрыл её руку своей — на этот раз, чтобы потребовать с неё обещание. Очень метко, надо сказать.

— Почему меня окружают сплошные зануды? — обратилась Кира к мирозданию, возведя взгляд к потолку. — Прости, Август, ты уже не первый за эту неделю, кто говорит мне что-то в этом роде. Я что, похожа на того, кто будет сломя голову бросаться гебридский дракон знает куда?
Она запнулась, вспомнила о том, как они познакомились, и рассмеялась.
— Не вздумай отвечать! И, вообще-то, мистер Руквуд… Вы уверены, что вправе предъявлять мне такие требования? — спросила Кира с изрядной толикой насмешливости в голосе, подразумевавшей, что она говорит не очень серьёзно.

Однако что-то в этой его просьбе её по-настоящему задело. Она не забывала о том, что Август чего-то недоговаривал, но смотрела на него и видела в его глазах искренность. Это сбивало с толку и мешало оценивать ситуацию здраво. Приходилось признать: она, похоже, судила о нём пристрастно. Как непрофессионально, Кира!

Тем не менее, это требование Руквуда странным образом заставило её осознать всю серьёзность ситуации, несмотря на незнание её истинной подоплёки. Кира задумчиво посмотрела Августу в глаза и неохотно кивнула.

— Ладно, — согласилась она. — Обещаю. Никаких авантюр без ведома начальства. Доволен?
Кира покачала головой и улыбнулась.
— Ты прямо как мой наставник, — заметила она и мысленно добавила: «А местами вообще как папа».

Отредактировано Kira Hart (2020-11-29 12:55:56)

+5

17

«Какая-то очень страшная бомба» Август сморгнул: он-то прекрасно помнил название этой бомбы, оставлявшей от людей лишь тени на стенах, и продолжавшей убивать и после того, как казалось бы все закончилось. И убивать страшно.
Мать в свое время не стала жалеть его воображение подробно рассказав обо всем: начиная от последствий странной болезни, что вызвало это оружие, до ритуала «Кэнсуй» - преподнесения воды тем, кто погиб.
- Хиросима и Нагасаки, два города, - кивнул Август, - Что? Маглы на нас? О нет, я так не думаю, - он заставил себя улыбнуться, - Мы для них невидимки. Вот только… удар той бомбы был такой силы, что не было никакой разницы маг ты или обычный человек. Если бы такая бомба упала на центр Лондона, то Косой переулок был бы уничтожен так же как и магловская часть города. Думаю: уцелели бы только нижние этажи министерства магии, но самое страшное в ней то, что она заражает воздух и землю, если коснется ее, и даже тех, кто не попал под нее, болезнью, от которой люди умирают очень быстро, а у потомства выживших проявляются уродства. И на магов эта болезнь действует так же. Японские колдомедики убили кучу времени прежде чем смогли создать очень светлый ритуал, который позволял спасать зараженных. Маглы могут не воевать с нами, а например, начать войну друг с другом. Но так как мы с ними живем в одних и тех же городах, странах, на одной планете - мы в опасности. И если у маглов снова начнется большая война, и кто-то из их правительства решится использовать это оружие или другое, еще более мощное – то мы тоже пострадаем. Просто за компанию, - он зябко повел плечами.
Почему-то именно эту простую мысль никто не понимал: маглов не защитит от темного ритуала то, что они не знают о магах, а магов не защитит от силы удара магловской бомбы никакой защитный артефакт. Возможно, единственное что могло бы противостоять ему по уровню поражения, это адское пламя, которое несколько дней никто не пытался тушить. Но Август не хотел бы ставить эксперимент кто кого сожрет: бомба адское или адское – бомбу.
- Вообще не жизнеспособная! – запротестовал он, - Как Вы себе это представляете? «Здравствуйте, вы тут пытались меня завербовать, сломали мне руку и убили человека, который был мне как дед. Так вот, я вас великодушно прощаю, и хочу узнать, где у вас тут записывают на убийства маглов?» Бррр… мерзость какая.
Занудой его называли далеко не первый раз, потому Руквуд мог только виновато улыбнуться и пожать плечами. «О, ты очень похожа на отчаянную голову, правда.» Он как раз собирался напомнить Кире, что у него есть все основания считать, что она может влезть в любую опасную авантюру. «Тем более, если, я не первый, кто это говорит…» Август бы еще поломал голову над тем, как бы предупредить ее о Лестрейндже, ничего не выдавая, но тут мисс Харт поинтересовалась его правами на подобные обещания, и эта мысль сразу выскочила у него из головы.
Юноша вспыхнул, отдернул руку, снова виновато заулыбавшись.
- Я… Да, вы правы, у меня, конечно, нет никаких прав на это, Кира, - он сцепил обе руки в замок перед собой, слишком поздно сообразив, что в ее тоне несмотря на переход на «мистера Руквуда» были насмешливые нотки. И почти сразу девушка серьезно кивнула и пообещала не лезть в авантюры. 
- О да, очень даже доволен, - просиял он, - Вы мне глубоко симпатичны, Кира. И мне бы не хотелось, чтобы в попытках найти пожирателей смерти вы попали в беду, - он потер висок, - Кроме того, к сожалению, пожиратели смерти не единственная проблема в нашей жизни.
Его мысли снова вернулись к Рудольфусу: даже если обставить это самым невинным образом – мол «в моей жизни снова появился один мой однокурсник, с которым повздорили давным давно в Хогвартсе – не уверен, что им двигало, кажется мое не достаточно британское происхождение. И казалось, прошло столько лет, нам обоим почти тридцать и не до детских ссор, но видимо нет. Так вот он…» Нет, она наверняка сопоставит пожирателей и появление однокурсника. Он бы сопоставил. Август покрутил в пальцах мармеладку… можно конечно обставить все это как не «появился» а вялотекущий со школьных лет конфликт – но все равно не имеет смысла, если он не собирается называть его имя. «Ладно, доверимся Брину, подготовке ДОМП, и моей убедительности.»

Отредактировано Augustus Rookwood (2020-12-02 00:12:13)

+3

18

Городов действительно было два, и Кира вспомнила об этом, когда Август назвал чуждые её уху японские названия. Да, у неё было немало знакомых и даже родственников в мире магглов, но она всё-таки жила среди волшебников, и в этой загадочной вселенной, обходившейся без магии, её в первую очередь интересовали непосредственно полезные прикладные вещи. Например, что такое кино и как в него сходить. Бомбы в круг интересов Киры как-то не входили. Может быть, зря. Наверное, зря — об этом она задумалась, с округлившимися глазами слушая чудовищные описания последствий ядерных взрывов из уст невыразимца.

— Но это ужасно, — сказала Кира — не испуганно, скорее, возмущённо. — Такое отвратительное оружие не должно существовать, так нельзя! Мало ли, кому оно попадёт в руки…

Она осеклась, внезапно поняв, что проблема именно в этом. Точнее, и в этом тоже. Руквуд рассуждал глобально, о возможности больших маггловских войн, от которых могло пострадать в том числе магическое население разных стран. Это она поняла, и это действительно было страшно. Но в сознании Киры сильнее был прикладной уровень, просто потому что он был ей ближе. И на этом уровне, со слов Августа, выходило, что тёмные волшебники могли заинтересоваться вот такими устрашающими маггловскими бомбами — и, может быть, отчасти поэтому обратили внимание на него самого. Кира потёрла щёку ладонью, сосредоточенно разглядывая россыпь разноцветных мармеладок в вазочке на столе между ними. Окружающая обстановка, насквозь мирная, жизнерадостная и уютная, совершенно не вязалась с теми картинами, которые при активной помощи Руквуда расцветали сейчас у неё в голове.

— С этим надо что-то делать, — мрачно проговорила Кира, немного нервно подёргав себя за выбившуюся из причёски прядку. Но что с этим делать, она определённо сказать не могла. Это был слишком масштабный вопрос, явно выходивший далеко за рамки её юрисдикции. Или нет? Может, стоило поговорить об этих бомбах хотя бы с папой? Сможет ли она объяснить ему, насколько это важно? И сочтёт ли он это достаточно важным, чтобы лоббировать эту тему? Об этом стоило, как минимум, подумать — но чуть позже, потому что сейчас у них имелись и более насущные проблемы. Например, Пожиратели Смерти или последователи Гриндевальда — что было одинаково плохо — жаждавшие заполучить Августа себе.

— Ну да, картинка так себе, особенно если непонятно, к кому с этим обращаться, — задумчиво согласилась Кира, глядя на сидевшего напротив неё невыразимца. Мимоходом она отметила, как уверенно Руквуд между делом сказал о том, что «дядюшку Эмроса» убил тот, третий. Похоже, он действительно считал, что всё было именно так.

— А убийства магглов входят в их повестку? — вскинула брови Кира. Насколько ей было известно, к магглам не относились хорошо ни сторонники Гриндевальда, ни Пожиратели Смерти, но ей не было доподлинно известно о конкретных планах тех или иных на эту часть человечества.

— Жаль, вообще-то, — заметила Кира. — Если бы можно было как-то спровоцировать их, чтобы они показали себя…
Она поймала взгляд Августа и примирительно вскинула руки
— Ну хорошо, хорошо. Я обещала в это не лезть, и я не буду. — Наверное.

И тут Руквуд снова сбил её с толку одной фразой. «Вы мне глубоко симпатичны». Кира была близка к тому, чтобы покраснеть, и ей пришлось снова напомнить себе, что Август остаётся подозреваемым. И, хотя Брин учил её, что подозреваемого нельзя автоматически считать виновным, она помнила и о том, что расслабляться и поддаваться эмоциям тоже нельзя, потому что эмоции делают человека необъективным — а для следователя это непростительно.

Но эмоции вклинивались в эту беседу не только у неё. От взгляда Киры не укрылось, как покраснел невыразимец и как отдёрнул руку при её шутливом замечании.
— О, я не имела в виду… Я не хотела вас смутить, Август, — произнесла она извиняющимся тоном. — Я просто не очень удачно пошутила…
Это было своего рода извинение.

Однако, несмотря на всю насыщенность этой сцены, Кира не могла не обратить внимание на оброненное Руквудом замечание. В целом, она была даже согласна с тем, что в «их» жизни есть и другие трудности. Только Кира предполагала, что думают они при этом, всё-таки, о разных вещах — как минимум потому, что Август не мог знать о том, кто её настоящий отец и как ревностно он относится к её встречам с представителями противоположного пола.

— И какие же ещё у нас есть проблемы?

+4

19

Его слова определенно произвели нужный эффект: Кира смотрела огромными глазами. И будь она министром магии, то наверное без лишних проволочек утвердила бы его проект. Увы, мисс Харт была прехорошенькой девушкой. Такие тоже становятся министрами. Лет эдак через пятнадцать. Обычно обзаведясь здравым цинизмом по пути.
Увы еще раз: настоящий министр магии посмотрел на него с этой историей почти скучая.
- Согласен целиком и полностью, - кивнул он, - Пока оно в руках нескольких крупных стран, и так магловское правительство вовсе не простаки и понимают, что в случае его использования пострадают все – и они в том числе, это их удерживает. Но я все равно кое-что сделал… - он вздыхает, соединяя пальцы – подушечка к подушечке – в купол, - Я...собрал все сведения, которые мог. И изобрел «щит» от такого количества разрушительной энергии. Пока только что-то вроде купола, который может накрыть определенную территорию и поглотить энергию бомбы не повредив тем, кто внутри. К сожалению, это не чара, а ритуальное мероприятие, которое требует очень много... затрат. А министерство сейчас волнует война внутри магического мира, а никак не гипотетические магловские войны. Я пытаюсь придумать что-то, что смогло бы уничтожить ее там, где она никому не поверит – очень высоко в небе. Но пока ничего путного так и не придумал, да и министерство не спешит спонсировать мои наработки, так что приходится заниматься этим дома. Ну и как вы понимаете, ни о каком тесте не может быть и речи.
В тот момент, когда ему отказали первый раз – Август испытывал злость. Редкую для него эмоцию. Наверное, именно в тот момент он осознал насколько на самом деле страх перед маглами, перед магловской войной довлеет над ним, управляет им.
Это тоже злило, но мать так рано научила его бояться, что теперь он никак не мог избавиться от этого чувства.
И не то, чтобы большое количество магов хотело поговорить с ним о маглах.
- Убийства маглов… - Руквуд задумался, - Понятия не имею. Брошюры с подробностями мне никто не выдал. Но обычно все такие маги скучно хотят победить маглов. Ну там знаете… «Они жгли нас инквизицией, они навязывают нам свои праздники», - передразнивая воображаемого чистокровного сноба протянул он, - Мне сложно это понять: вы наверное не знаете, но в Японии министерство магии существовало вполне открыто вплоть до приезда европейцев. И сейчас маги живут с маглами бок о бок, вполне мирно.
«То есть спровоцировать их?! Мы же договорились, Кира?!» она явно правильно считала его взгляд.
- Не думаю, что я готов провоцировать людей, которых уже пять лет не может поймать аврорат. Я был бы весьма самоуверенным, если бы считал, что я лучше например мистера Грюма или Пруэттов или мистера Скримджера. Они профессиональные бойцы. А я.. тьфу, не хочу вспоминать, как я пытался наложить обезливающее на руку, а становилось только хуже. Если я в стрессовой ситуации с этим не справился, то даже не знаю, что я буду делать если придет настоящий пожиратель.
Он мог только смущенно улыбнуться на ее извинение. Может быть Рудольфус и прав: «Эта нимфа» не просто ему понравилась – пусть еще и рано думать о таких вещах.
«Рано и глупо. Ты чистокровный. Она полукровка или даже маглорожденная. Вы можете мило дружить, что-то обсуждать, но упаси тебя Абе-но Сеймей подумать о ней, как о девушке. И девушке привлекательной.»
- Все в порядке, - казалось еще более смущенно улыбнулся он, стараясь закрыть эту тему. Испытывать какие-то чувства к девушке из ДОМП – глупее не придумаешь. Да она стажер, но это еще ничего не значит. И уже тем более не значит, что кое-кто может заставить его выбирать между ее жизнью и клятвами.
А сейчас ему хотелось вбить кол в каждого, кто попробует это сделать.
Это было лишнее.
- Тьмы и тьмы их. У нас заканчивается мармелад. Какой-нибудь чопорный мистер чистокровный сноб обязательно кинет в меня тухлым помидором осуждения, увидев, что мы общаемся в кафе. И вы… - он улыбнулся, - Вы же напишите мне, если все-таки решите показать мне эту удивительную магловскую штуку… кино? Так ведь правильно? – Август потер переносицу, - Что же касается остальных проблем, уверен, что у вас как и у меня есть родственники, которые беспокоятся и требуют отчета о каждом шаге. Или старые друзья: мне сейчас ужасно мешает общению с ними то, что в каждом кто хотел бы меня проведать и поддержать я невольно начинаю подозревать пожирателя. Хотя, это нормально поддержать друга после такой ситуации. Если вдуматься, я мог бы подозревать даже вас – вы ведь каким-то образом успели оказаться в доме до того, как он закрыл барьер. Вы могли бы быть тем… вторым, я ведь не помню как он выглядит. Только то, что он высокий. А это можно и подделать. Но вы слишком молоды для него, потому я точно уверен, что вы – это вы, просто вас мне ниспослало проведение, которое заботится о неудачниках, - он улыбнулся, пододвигая ей миску с последней горсткой мармеладок.

+3

20

Кира уже не в первый раз поймала себя на том, что слушает Августа, затаив дыхание, хотя это всегда происходило по разным причинам. Временами его слова увлекали, порой настораживали, а иногда откровенно пугали, но в целом можно было констатировать одно: говорить он умел и собеседником был интересным. А ещё оставался подозреваемым, потому что, несмотря на справедливое замечание, что на его месте в том доме в чём-то нехорошем можно было заподозрить и её саму, Кира точно знала, что себя она из списка подозреваемых может смело исключить. Поэтому оставался только Руквуд и неизвестный, которого из ныне здравствующих не видел никто, кроме Руквуда — а это уже вызывает вопросы.

Строго говоря, Кира не считала, что человек, убивший Пожирателя Смерти в процессе самообороны, непременно должен быть плохим. Вообще-то, стоило бы пожать ему руку и отпустить с миром, посоветовав больше не влезать в неприятности. Поэтому, если всё было так, и дядюшку Эмроса в попытке отбиться отправил на тот свет сам Август, с его стороны разумнее всего было бы просто сознаться в содеянном. Впрочем, как знать — не исключено, что это повлекло бы за собой, к примеру, условный срок или отстранение от работы в Отделе тайн. И, может быть, в японских семьях это приравнивается к страшному позору, или есть ещё какие-то сдерживающие факторы. Как бы там ни было, Кира была бы даже рада, если бы всё оказалось так просто.

Только Август ей простым не казался. Он был милым, обходительным, складно говорил и очаровательно улыбался. А ещё он был амбициозным, умным и отверженным — потому что его честолюбивый и явно небессмысленный, но затратный проект натолкнулся в Министерстве на стену непонимания и неприятия — а такое порой подталкивает людей на сторону тех, кто может оценить их таланты по достоинству и найти им лучшее применение. Вероятно, те, кто заинтересовался Руквудом, знали об этой ситуации. Вероятно, потому что сами принимали живейшее участие в работе Министерства. От этой мысли Кире сделалось нехорошо, и она едва ли не залпом допила остатки кофе.

— Пять? Почему пять? — внезапно спросила она. — Мы же не знаем, что это за люди. Или всё-таки знаем?
Обращённый на невыразимца взгляд был спокойным и внимательным.
— Да, я понимаю, устраивать провокации при таком раскладе довольно глупо, — согласилась Кира. — Но эти люди могут найти способ снова подобраться к тебе и без всяких провокаций, и, если такое вдруг случится, было бы умнее не драться с ними, а подыграть им. Сказать, что ты передумал и готов с ними сотрудничать, например. Я не знаю, так ли это, но если ДОМП сейчас за тобой наблюдает, они вмешаются, если тебе будет грозить опасность — в этом я уверена.

Когда Август придвинул к ней вазочку с заканчивающимися сладостями, Кира, наконец, позволила себе улыбнуться.
— По-братски, — предложила она, подцепляя несколько оставшихся мармеладок. — Будем надеяться, за это «тухлый помидор осуждения» в тебя не прилетит.

Кира уловила посыл, вложенный Руквудом в это брошенное между делом замечание: мальчик из чистокровной семьи сидит в кафе с девочкой, болтающей о магглах так, словно у неё половина родственников из их числа. Странно, как он вообще на это решился. Видимо, свою роль сыграл и тот факт, что его родители жили далеко в Америке — на таком расстоянии от предков проще разрешить себе немного отойти от консервативных требований и представлений. Кира ощутила укол раздражения и поспешила мысленно закрыть эту тему хотя бы на время: разговор явно подходил к своему логическому завершению, и ей хотелось закончить его на хорошей ноте, чтобы не отрезать себе возможность возобновить его, если понадобится.

— Хорошие друзья вряд ли сделают тебе что-то плохое и скрывать правду тоже не станут, — сказала Кира. — Надеюсь, Пожирателей Смерти среди них всё же не найдётся. И представителей клуба почитателей Гриндевальда — тоже.
Она отправила в рот красную мармеладку в форме клубнички.
— Поход в маггловское кино остаётся за мной. Может быть, чуть позже, когда станет поспокойнее, — осторожно пообещала Кира.

«Когда ты перестанешь быть подозреваемым, например», — мысленно прибавила она. Не могла же она знать, что у судьбы уже были на этот счёт собственные планы. Как говорится, человек предполагает, а провидение располагает.

+4

21

Она его подозревала: внезапный вопрос про пять лет - вполне очевидные пять лет – показывал это со всей очевидностью. Август был бы удивлен если бы нет.
Он и сам себя подозревал – потому что не помнил, потому что знал почему не помнит. Ему было не много жаль: ведь из-за этого он не знал и что почувствовал в первый раз убив человека.
Кто-то мог возразить, что в первый раз он убил заложив бомбу под театр. Но это другое. Это был не его замысел, не его исполнение, он был просто… оружием в руках Лорда. Он не знал кто пострадал, он даже испытывал к этим людям сочувствие, это было не личное.
Мистер Эмрис совсем другое дело.
Авроры сказали ему что его убили темной магией. Но не авадой, и увы кристаллы диагносты получили доступ к телу уже после того как на него воздействовали и чары дома, и разобрать что-то в этой мешанине было трудно. И Август гадал, как же именно он это сделал... почему не шикигами: это можно было сделать даже не оставляя очевидных следов вроде выгрызенной шеи. Он мог бы просто превратить свое шикигами в что-то маленькое. Не больше бумажного человечка, в что-то вытянутое вроде червяка, обманов заставит старика его проглотить: например спрятав в конфете. Дальше конечно пришлось действовать бы быстро: бумагу могли легко разрушить и зубы и желудочный сок. Но Руквуд верил в свой талант. И пусть бы гадали, что выело бедняку изнутри.
- Почему пять? – недоуменно сморгнул он, - Но так вроде бы газеты писали, что первое убийство Пожирателей было в семьдесят втором… - он задумался, - или я путаю? Не то, чтобы я отслеживал… Перепутал да? – юноша смущенно улыбнулся, - Вам в ДОМП лучше знать. И про то, что вы о них знаете тоже. Я слышал… только две версии. Что это радикальный Слизерин из чистокровной молодежи. Хотя, мне кажется, повальное увлечение предсказанием о наследнике Слизерина прошло в пятидесятых... И что это не чистокровные, а те, кто хотят их очернить. Конечно, вполне возможно, что кого из тех, кто устраивал, первые убийства уже поймали, но голову змеи, пока не обнаружили и она продолжает кусать. 
Он задумался над словами Киры:
- Спасибо за совет, меня смущает только одно: я так и сделал, когда понял, что я либо соглашусь либо погибну. Но... они сразу захотели повязать меня кровью. И некого-нибудь, а человека которого я уважал и которого считал почти своим дедом. Знаете, Кира, он ведь чуть не женился на моей бабушке, когда она овдовела. Я не святой, ничуть, - Август взял половину мармеладок и улыбнулся ей, - Я… думаю, я вполне способен убить из самозащиты. Я даже думал, что я убил одного из них, пока мне не сказали, что мистер Эмрис погиб от темной магии, а шикигами не темная магия. Но… - он поморщился, - я слишком... наверное, гордый человек, чтобы позволить кому-то повязать меня кровью. Управлять мной как орудием. Выбирать между тем умереть ли самому или забрать чужую невинную жизнь – отвратительный выбор. И жалкий. Я не гриффиндорец, но в конце концов… я считаю, что зло – не логично. Как ученик Ровены.
Он прожевал первые мармеладки:
- О, после того, что я вам рассказал о своем происхождении, Кира, вы должны понимать, что мармеладки из ваших рук, меньшее в чем они могут меня упрекнуть.
Август проследил движением красной «ягоды» от тарелочки к тонким пальцам, к розовым губам. «Такая… невинная, — звучит в его памяти голос Лестрейнджа, -  Ммм, вижу, тебе она понравилась. Я понимаю. Интересно, какая она внутри, да, Август?» и яркий образ, который ему демонстрирует  сознание доктора: Темная, почти как густая кровь вишня. Сладость. Садисткое желание надкусить и почувствовать вкус. Металлический кус крови и сладкой  ягоды.
Августу хочется снова сказать: «Пошел к Слагхону из моей головы. В клуб Слизней». Он хотел бы знать – не подселил ли ему Лестрейндж эту мысль.
О вкусе чужого рта.
Руквуд смаргивает, улыбается по-прежнему невинно:
- Знать бы кто из моих друзей – хороший. Ведь я считал Эмриса хорошим другом. Пожалуй, я уверен в мистере Бэгмене… вы, наверное, учились вместе с его сыном Людо, хотя может он помладше... Остальные... сложно сказать.
У него и правда сложно с друзьями. Когда лучший друг пытается убить тебя в твои шестнадцать это сильно подрывает верю в людей. И желание дружить.
- Тогда я буду ждать вашего письма, и спасибо, что согласились принять от меня кофе в благодарность. Я буду рад как-нибудь пригласить вас еще раз, Кира. Когда станет по-спокойнее.
Он делает последний глоток кофе.
Он не знает, что сделает, если ему придется направить против нее палочку. Руквуд не любит не знать. Что же, значит придется сделать так, чтобы не пришлось. Достаточно ли он для этого умен – он уверен, что да.

+3

22

Август удивился, когда она спросила про пять лет. Именно этого Кира и хотела. Это мимолётное замешательство, которое она спровоцировала своим вопросом, имело следствием появление чёткости в том вопросе, в котором её не хватало. Да, первое убийство Пожирателей Смерти в газетах зафиксировали именно пять лет назад. Только до сих пор невыразимец будто бы сомневался, с кем имеет дело, и даже вслух предполагал, что мог столкнуться с последователями Гриндевальда — а теперь от этих сомнений не осталось и следа. Он с самого начала отлично знал, на кого попал. И, значит, Руквуд недоговаривал. Правда, ей он сказал достаточно много — возможно, даже больше, чем на допросах в Аврорате. Всё сводилось к тому, что Пожиратели Смерти хотели заполучить себе перспективного молодого сотрудника Отдела Тайн вместе с его амбициозными проектами и идеями — а потом что-то случилось. Он передумал? Передумали они? Но такие люди не оставляют в живых тех, кто им отказывает или тех, кто стал им не нужен, но притом посвящён в их дела. Поэтому Кире приходилось предположить ещё один вариант: никто ни от чего не отказывался и мнения своего не менял. Они могли просто ждать.

Кира дожевала черничную мармеладку и качнула головой с лёгкой улыбкой.
— Да-нет, всё верно… Это я не очень дружу с цифрами, — почти виновато призналась она и снова подняла взгляд на Августа. — На радикальную молодёжь это весьма похоже — уж не знаю, чистокровную или нет. Правда, судя по тому, что отловить их всех до сих пор не удалось, горячими головами управляют другие, хладнокровные и рассудительные. Думаю, всё не так просто.

Строго говоря, идея о попытке очернения чистокровных вызывала у Киры двоякие чувства. Теоретически, она могла оказаться правдой — но могла быть и попыткой оправдать чистокровных, к числу которых, как-никак, относился сам Руквуд. Работа над имиджем представителей его круга ему удавалась неплохо — не будь Кира столь подозрительна, она даже повелась бы на эту идею.

Однако другая сторона медали тоже присутствовала, и отрицать этого было невозможно. Август уверял, что Пожиратели Смерти попытались сразу повязать его кровью… другого Пожирателя Смерти, «дядюшки Эмриса». Если Кира хоть что-нибудь понимала в повадках этих волшебников, это вполне могло быть правдой. И не исключено, что для Руквуда такие запросы оказались чересчур, потому и возник конфликт. Ей хотелось думать, что именно так всё и было. Непонятным оставалось только, почему он не рассказал об этом прямо во время допроса. Самооборона — это не преднамеренное убийство.

И всё-таки, была в словах Руквуда какая-то путаница. Признание, что способен убить ради самозащиты. Неоднократно повторённые уверения в том, что «дядюшка Эмрис» был ему близок. Тут же следом — замечание по поводу собственных подозрений, что сам же его и убил, хотя убивать не хотел. Но да, это ведь тот самый дядюшка напал на Августа первым. Во всяком случае, по его словам, которых никто не мог подтвердить или опровергнуть. Проклятье. Ничего не прояснялось.

— Очень на них похоже, — согласилась Кира. — Заставлять новичка убить близкого ему человека, чтобы повязать его, — это чудовищно. Вполне в духе террористов и убийц, кем бы они ни были в обычной жизни. С чисто человеческой точки зрения, я думаю, вы поступили правильно, когда отказали им, Август. Но, боюсь, это сулит вам большие неприятности со всех сторон, потому что теперь за вами почти наверняка присматривает ДОМП и охотятся Пожиратели Смерти. Не самая приятная ситуация, что ни говори, — она мрачновато усмехнулась. — Надеюсь, всё это закончится хорошо.

Надеялась она в самом деле, но верила не особенно. Что и для кого могло закончиться хорошо, когда мир окончательно сошёл с ума? Террористы нападают на детей, аврорам разрешили применять Непростительные, что дальше?

Зачем Август упомянул о Бэгменах, Кира так толком и не поняла, но решила на всякий случай запомнить. И, наконец, улыбнулась.
— Я смотрю, мистер Руквуд, вы предпочитаете водить дружбу с представителями старшего поколения. — Похоже, ты максимально облегчил Пожирателям Смерти задачу обратить на тебя внимание, даже если сделал это невольно.
— По-моему, Бэгмены — хорошая семья. И я уверена, что среди ваших знакомых они не единственные, на кого можно положиться. Но всё же — будьте осмотрительны.

Она подвинула чашку с блюдцем к краю стола и невзначай коснулась руки невыразимца.
— Я рада, что мы встретились, Август, — сообщила Кира, мягко улыбнулась и поднялась с места. — Берегите себя. Ещё увидимся.

+3

23

Их разговор снова возвращается к очевидному — если Пожирателей не поймали, то не нужно и гадать особо: ими управляют либо более старшие и мудрые. Ну или кто-то из молодежи «незаконно» умен.
Скорей на старших указывали ресурсы, которыми располагали Пожиратели смерти.
Август мысленно хмыкнул: вечно его умение рассуждать выходило ему боком в духе: «Но откуда ты можешь это знать?!» «О, все очень просто. Есть известный факт А, есть известный факт Б, если их сопоставить, то можно получить факт С.
Он только пожимает плечами, хмыкая.
Все-таки удивительная девушка эта Кира: то предлагает ему ловить пожирателей чуть ли не на себя, как живца, то задает уточняющие вопросы довольно таки странные.
«Она просто тебя подозревает. И проверяет. Понятным ей способом.»
- Возможно для них не имело значения, что он мой близкий человек, - пожимает плечами Август, - Думаю, мистер Эмрис или их предал или стал для них бесполезен. Или… еще какая-то такая причина.
Он не развивает мысль, все еще размышляя о том, что мог подсадить в его голову чудо-доктор. «Ладно, с этим я справлюсь. Я конечно, не ментальщик, но умею контролировать сочтенные мысли.»
- Боюсь, сверстники полагали меня занудой, - юноша улыбнулся, пожав плечами.
Он хочет еще что-то добавить, но Кира легко одним прикосновением выбивает из него и уверенность в собственном мысленном контроле и все заготовленные слова.
Это не удар током, просто мимолетное прикосновение чужих теплых пальцев. Он сразу вспоминает как она ухватилась за его плечо в проклятом доме.
- Спасибо, - его голос звучит естественно, как и улыбка, но на самом деле это защитная маска. Август слишком обескуражен влиянием этого простого движения на него, - Я буду осмотрителен. И я тоже рад нашей встрече. И вы будьте осторожны. Со всякими подозрительными домами.
«И со мной, Кира. Будьте очень осторожны со мной.»
- До свидания, - он сам поднялся из-за стола. Чек он уже оплатил, и двинулся вслед за девушкой по проходу.
Домой его отнесет порт-ключ, который он активирует сразу как выйдет на порог.
Быть подозреваемым и подозрительным… ох великие основатели… как же это утомительно.

+3


Вы здесь » Marauders: stay alive » Завершенные отыгрыши » 21.02.78 Говорю сейчас, как по тонкому льду - иду.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно