Marauders: stay alive

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marauders: stay alive » Незавершенные отыгрыши » У страха глаза велики


У страха глаза велики

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

У СТРАХА ГЛАЗА ВЕЛИКИ


закрытый эпизод

https://forumupload.ru/uploads/001a/c7/fc/67/t533723.jpg

Участники: Тобиас и Марлин МакКинноны.

Дата и время: ночь с 25 на 26 декабря 1977-го

Место: дом Кейтилин МакКиннон

Сюжет: лучшее лекарство от кошмаров - обнять друг друга покрепче и смеяться как можно громче над своими страхами. Марлин и Тобби знают это наверняка.

Отредактировано Marlene McKinnon (2020-07-08 11:56:57)

+5

2

В детстве все чуть-чуть, но боятся темноты, даже если в этом не сознаются. Это заложено где-то на подкорке, осталось от тех времен, когда вокруг были сплошные хищники и выйти из убежища в темноте было действительно опасно. Не то чтобы сейчас это стало более комфортно, но хотя бы можно было запереть дверь, забраться с ногами на подоконник и смотреть на уличный фонарь, который мирно освещал пустующую в такой час ухоженную улочку, перебегаемую очень упитанной кошкой.
Тобби уже третью ночь подряд не мог нормально заснуть. Он пытался. Честно пытался. Надевал любимую теплую пижаму со свернувшимся в клубок драконом, гасил свет, забирался под одеяло и просто долго лежал, глядя в потолок. В голову лезли самые разные мысли, совершенно не желающие униматься. Мальчик вспоминал тот день в Мунго, потом на пробу шевелил рукой, убеждаясь, что с ней уже все нормально. Потом переворачивался на другой бок и размышлял о матери, которая тогда едва отошла от шока от случившегося с Марлин, а потом он такой явился с перевязью... Было стыдно. Нельзя так волновать любимых, хоть и не было его вины в случившемся в поезде, но привычка брать ответственность играла сегодня против него. Тобби мучился чувством вины, что ничего не сделал... никого не спас... даже не знал, как подступиться к вопросу о том, что у них всех в семье сейчас проблемы. Большие такие проблемы под названием: "а давайте успокоимся, пожалуйста". Синяки под глазами об этом красноречиво напоминали. И как вот они завтра к бабушке и дедушке такие поедут? Шокировать еще и их любящие сердца? Особенно, деда, который, мягко скажем, всегда учил, что за обиды надо взять палочку и пойти накостылять. Ох, знать бы еще кому... Тобиас бы, ни минуты не сомневаясь, пошел и накостылял.
Вдруг в тишине из коридора и из-за неплотно прикрытой двери послышалось какое-то невнятное бормотание и что-то похоже на тихий вскрик. МакКиннон нахмурился, спуская пятки на ковер и спрыгивая с подоконника. Папа говорил, что в темноте не надо спрашивать, кто там и что там, надо сразу кидать что-нибудь покрепче, но не слишком опасное. Сначала обезвреживаем - потом выясняем. Но у Тобби возможности колдовать еще не было, поэтому вместо палочки он справедливо вооружился ракеткой для тенниса - она была достаточно тяжелой, чтобы кому-нибудь быстро расхотелось шастать ночами. Не то чтобы мальчик верил, что у них дома может быть кто-то посторонний, но напряжение последних дней давало о себе знать, заставляя осторожно выглянуть в коридор, прислушиваясь.
Тихо. Тобиас аккуратно вышел из комнаты, когда понял, что нечленораздельный бубнеж идет из-за противоположной двери, где мирно спала сестра. Сердцу сразу как-то стало легче. И голос-то, оказывается, знакомый, а не какой-нибудь маньяк. Может, ей тоже плохо? Или учит какие-нибудь аврорские чары? Или тренируется без палочки? Последнее с ней случалось довольно часто, а за два прошедших дня и вовсе родственница каждый вечер забирала Джо-Джо и уходила на задний двор покидать в несчастное дерево практически все, что знала, после пытаясь освоить что-нибудь еще. Тобби где-то читал, что это тоже способ перестать думать о том, что тебя беспокоит.
Мальчик тихонько зашел в чужую комнату, разглядывая свернувшуюся в калачик Марлин, на лице которой, даже в неярком свете звездочек, расклеенных по стене и потолку, можно было различить подобие боли. И, судя по тому, как руки судорожно сжимали несчастную пижамную кофту на груди, снилось ей действительно что-то неприятное. Тобиас прекрасно знал это отвратительное чувство, когда не можешь очнуться от кошмара и метаешься по постели, надеясь, что свалишься и хотя бы удар вынесет тебя из жуткого сновидения. С ним такое, к счастью, случалось нечасто, но все равно было очень тяжко потом быстро осознать, что это очередная игра фантазии и надо спать дальше.
- Марлс, - тихо позвал подросток, откладывая ракетку и садясь на краешек чужой кровати, - Марлс, проснись, - его рука осторожно толкнула сестру в плечо, отчего та лишь еще больше нахмурилась, не просыпаясь, - Марлин! - он специально резко повысил голос, зная, что внезапное нарушение привычного звукового фона отлично действует на мозг, и сразу же ловя растерянный и перепуганный взгляд родственницы, отвечая неловкой улыбкой, - Прости... Я просто услышал, что тебе нехорошо и решил, что не стоит смотреть такие сны. [nick]Tobias McKinnon[/nick][status]солнечный зайчик[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001a/c7/fc/24/878447.jpg[/icon][info]<div class="lzname"> <a href="http://stayalive.rolfor.ru/viewtopic.php?id=76#p17219">Тобиас "Тобби" МакКиннон </a> </div> <div class="lztit"><center> 12 лет; H|2, OP|N</center></div> <div class="lzinfo">Полукровка (1п) <br>Лучший на свете брат <br><br><a href="ссылка на вашу почту">совиная почта</a></div> </li>[/info]

Отредактировано Bahati Traore (2020-07-08 05:59:15)

+3

3

Кошмары редко посещали Марлин. Точнее сказать, все случаи можно было пересчитать по пальцам одной руки и ни разу не ошибиться... Все, до последних двух ночей, когда не помогало ни успокоительное, ни теплое молоко, ни тренировки до полного изнеможения. Разум отчетливо противился, не желая принимать то ли воспоминания, то ли собственную слабость. Или же наоборот пытался со всем смириться, заодно извлекая из глубин памяти самые разные образы, словно можно было решить все проблемы разом. Но, по факту, они лишь собирались в огромный снежный ком...
Иногда ей чудилось, как она бежит по зимнему подлеску, спотыкается, падает и снова встает. В руки отчетливо впивались колючие ветви, раздирая кожу до крови и оставляя капли на кривых, словно мертвые пальцы, сучках поваленных деревьев, через которые приходилось перебираться. И не было ни конца, ни начала... Только мерцающий в лунном свете снег, похожий на звездную пыль, в который нога проваливалась почти по колено, забирая последний силы, необходимые чтобы просто дышать. Марлин чувствовала это безграничный ужас, безысходность, ощущала, как нечто, стоит ей только остановиться, выдохнуться окончательно, хватает её за волосы, тащит, а потом наступает тьма... В такие моменты девушка, обычно просыпалась, судорожно ощупывая собственную шею, глядя на целые ладони и убеждая себя, что все хорошо... Нет никакого леса и чудовища, преследующего её... Нет этих багровых, алых ягод из собственной крови, что будто бы возникали по её следу.
В другой раз перед глазами вставало мертвое лицо отца.  Такое же холодное, рассеченное несколькими осколками, а когда девушка подходила ближе, чтобы в последний раз прикоснуться к родному человеку под простыней оказывался её собственный труп... Изувеченный, искореженный... Да там даже лица видно не было - только выпирающие скуловые кости, да ожоги, словно от кислоты... Но Марлин почему-то точно знала, что смотрит на себя. На собственную шею с расцветающими кровоподтеками и следами от веревки и чужих пальцев, но свои же запястья, переломанные, вывернутые, совершенно неправильные... На такие знакомые ногти или то, что от них осталось с простым прозрачным лаком... содранные в мясо. Тогда она хотя бы могла кричать, чаще всего, падая с кровати и жадно глотая воздух, пытаясь осознать, что до сих пор жива и что на ней совсем не белая простынь из морга, а родное одеяло в мелкий цветочек.
Но порой были и почти безобидные с виду сны.  Тихий вечер, лампа, вальс, играющий по радио и мягкие отцовские руки, сжимающие её ладошки. В детстве папа часто ставил её на свои ботинки и танцевал, кружил по комнате, повторяя, что Марлин его самая красивая принцесса. Только в какой-то момент дом словно начинал рушиться, а вместо родительской ладони волшебница обнаруживала совсем чужие руки, крепко сжимающие её запястье до синяков.  Этот сон она никогда не досматривала до конца, просыпаясь, стоило только поднять взгляд и увидеть чужие глаза. МакКиннон не помнила ни лица, ни голоса, только движения тонких губ и это ощущение того, что собственные ноги подкашиваются, голова кружится, а потом перед глазами возникает знакомый потолок комнаты.
Только сейчас рядом почему-то оказались такие родные радужки карих глаз, что Марлин невольно моргнула пару раз, пытаясь понять, действительно ли проснулась или это очередная игра растревоженного разума. Но Тобби был настоящим, живым и таким растерянным. А еще держащим ракетку для тенниса, словно собирался ей с кем-то сражаться.
- Я тебя разбудила? Прости, - волшебница чуть приподнялась на локте, виновато потирая переносицу и понимая, что брат тоже почему-то не спит среди ночи, - Ты прав, такие сны точно не стоит смотреть, - она все же улыбнулась, протягивая руку и ласково проводя по рыжим кудряшкам брата, который сейчас казался таким серьезным и готовым её защищать от любых напастей, даже если те были всего лишь выдумкой собственного разума, - Ты с кем-то собрался сражаться или тебе сон про теннис снился?

Отредактировано Marlene McKinnon (2020-07-11 17:12:20)

+6

4

Сестра выглядела испуганной. Нет, не так. Сестра выглядела уставшей и испуганной. Подавленной. Такой Тобби видел её лишь однажды, когда она пришла за ним и сообщила, что папа не вернется. Никогда не вернется. Он тогда тоже долго не мог поверить в это, сидел вместе с Марли вот так же на кровати, утирал слезы и все не мог заставить себя быть мужчиной, а она стоически терпела, утешала его и маму. Марлс вообще была удивительно сильной - самой сильной девчонкой, которую ему когда-либо доводилось встречать. И оттого еще больнее и непривычнее было видеть её такой... расстроенной.
Конечно, они все очень переживали из-за событий Рождества, но милой сестричке пришлось, кажется, еще тяжелее. Тобиас отчего-то вспомнила её лихорадочно блестящие глаза, когда она прижимала его к себе в Мунго, целовала в лоб, осматривала, проверяла каждый сантиметр на наличие ран. И это еще партизанила о том, что сама едва на ногах стоит и не спит вторые сутки. И еще с него обещание взяла матери ничего не говорить, на мизинчиках клятву, взамен рассказав, почему же ей самой так тяжело уснуть и зачем мутузит несчастное дерево на заднем дворе.
- Нет, - тут же смутился мальчик, когда взгляд сестры упал на ракетку, и поспешно отложил её на пол, - Я просто услышал шум и решил проверить, что там. А это тебе плохой сон снился, - Тобби все же несколько неловко пожал плечами. Было странно осознавать, что в чем-то Марлин совсем-совсем не супречеловек, а обычная девочка. Очень красивая и очень боевая, но все-таки девочка, которую нужно, по идее, носить на руках, осыпать цветами и одаривать пирожными. Вместо конфет и сладостей ей "подарили" парочку заклятий по ноге и бессонные ночи.
И теперь ему, как настоящему мужчине, готовому защищать дам, нужно было с этим разобраться. Он, пока что, не знал как, но предельно четко понимал, что мучает их обоих, в общем-то, один и тот же страх - беспомощности. Что мог сделать двенадцатилетний мальчик, когда его самого спасла девчонка? Что могла сделать Марлин, когда на кону была жизнь ребенка? Младший МакКиннон, конечно, эту историю знал без особых подробностей, но ничуть не сомневался, что такое не забывается. Еще отец рассказывал, что стресс - дело страшное, он даже не сразу опасен, а потом поедает твою нервную систему, лишая сна и отдыха, добивая, если ты не находишь способа с ним справиться. Они были просто обязаны справиться. Они дети аврора - их не напугать какими-то банальными нападениями и похищениями.
- Расскажешь, что снилось? - Тобиас все же скинул тапочки и забрался с ногами на кровать сестры, доверчиво глядя на ту в полутьме, когда свет исходил только от уличного фонаря, заглядывающего в окно спальни, - Если сон рассказать, он не сбудется. Я честно-честно никому потом не разболтаю, - он даже руку на сердце положил, давая такое важное обещание, а потом все же опуская голову и делая небольшую паузу, чтобы собраться с мыслями, - Я просто тоже боюсь... - признаться в этом оказалось не так уж сложно, особенно, когда знаешь, что родная сестра не осудит, - И спать не могу. Вот и услышал, как тебе нехорошо. [nick]Tobias McKinnon[/nick][status]солнечный зайчик[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001a/c7/fc/24/878447.jpg[/icon][info]<div class="lzname"> <a href="http://stayalive.rolfor.ru/viewtopic.php?id=76#p17219">Тобиас "Тобби" МакКиннон </a> </div> <div class="lztit"><center> 12 лет; H|2, OP|N</center></div> <div class="lzinfo">Полукровка (1п) <br>Лучший на свете брат <br><br><a href="ссылка на вашу почту">совиная почта</a></div> </li>[/info]

Отредактировано Bahati Traore (2020-07-24 17:30:48)

+2

5

Девушка тяжело вздохнула, садясь и пытаясь сообразить, как же поступить в этой ситуации. Тобби, очевидно, был маленьким и очень храбрым рыцарем, но то, что он не спал ночью - плохо. Очень плохо. Значит, ребенка что-то беспокоит, а она не знает, как ему помочь. Да что уж там... Она себе-то не знает как помочь, мучаясь, примерно, тем же - отсутствием нормального сна по причине нервного перенапряжения. И, в конце концов, у них не такая уж большая разница - всего-то семь лет, чтобы не понимать друг друга. Да, ей было проще в двенадцать, потому что был папа, способный посадить на колени, укачать, прижать к себе и сказать что-нибудь воодушевляющее, после чего все страхи казались глупыми и несущественными. Марлин так не могла... Не научилась. Не выросла, еще сама нуждаясь в заботе и понимании, в которых ей раз за разом отказывали, аргументируя: "ты взрослая, ты аврор, ты должна то, то и еще вон то". И она знала, что действительно должна и ей уже не пятнадцать. Только легче не становилось. Не уходили кошмары. Не уходила тянущая боль в мышцах. Не уходила тревога из сердца. Это никуда не девалось. Не было волшебной пилюли, которую съел - и все, море по колено, горы по плечо.
Но Тобби в этом не виноват. Для него нужно было оставаться сильной и несгибаемой Марлс, которая отряхнется, встанет и пойдет дальше. Знать бы еще куда...
- Ты молодец, - улыбнулась волшебница, двигаясь, чтобы освободить место рядом с собой, - Иди сюда, мой защитник и пугатель плохих снов, - она все же не смогла отказать себе в удовольствии обнять брата за плечи, когда тот перебрался поближе.
Он был таким теплым, родным, знакомым. Невольно хотелось закрыть глаза, зарыться лицом в его кудряшки и просто молча так сидеть. Его общество отдавало каким-то невыразимым светом, любовью, верой в добро. Даже если Тобиас говорил, что боится, Марлин видела, как тот сжимает ракетку, задирает нос и предлагает поделиться страхами. Маленький рыцарь... Нет, не рыцарь. Маленький аврор. В нем было что-то неуловимое от отца, даже не только рыжие волосы, сколько эта невероятная способность одним своим присутствием приносить в комнату капельку счастья, поддержки и любви. В нем жило собственное солнце, и старшая МакКиннон отчаянно хотела его сохранить, чтобы никто не смел сломать её брату такие чистые крылья, пока они еще не окрепли и не стали ему защитой, а не очевидной слабостью.
И как вот ему расскажешь, что снится? Марлин не хотела пугать брата, но, глядя в его глаза, вряд ли смогла бы соврать... Сказать, что она боится смерти? Да, боится. Своей и чужой. Боится быть беспомощной перед чем-то, что сильнее и при этом неотвратимо приближается. Это нормальные страхи для любого человека. Только аврорам их иметь не положено... По крайней мере, в представлении Тобби авроры точно были людьми, смеющимися опасности в лицо и никогда не признающими, что чего-то боятся. Только папа тоже боялся... Пусть Марли и поняла это слишком поздно, до сих пор вспоминая его взгляд в последнюю ночь, судорожные поцелуи в лоб и то, как он сжимал её предплечия.
- Мне снилось, что я умираю, - все же призналась девушка, чуть крепче прижимая к себе брата и растеряно глядя на слабо светящиеся звезды, наклеенные на потолок и стены, - И папа тоже снился. И что дом рушится. Я..., - тяжелый вздох сорвался сам собой, заставляя слегка отстраниться, - Я многое пытаюсь переосмыслить, Тобби, поэтому мне тяжело спать. А что тревожит тебя? Я могу тебе помочь?

Отредактировано Marlene McKinnon (2020-07-25 12:49:50)

+3


Вы здесь » Marauders: stay alive » Незавершенные отыгрыши » У страха глаза велики


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно