Marauders: stay alive

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marauders: stay alive » Настоящее время » [26.08.1978] Взмах крыла


[26.08.1978] Взмах крыла

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

ВЗМАХ КРЫЛА


закрытый эпизод

https://forumupload.ru/uploads/001a/c7/fc/124/448135.jpghttps://forumupload.ru/uploads/001a/c7/fc/124/143599.jpghttps://forumupload.ru/uploads/001a/c7/fc/124/524742.jpg

Участники: Элоиза Поттер, Эдгар Боунс

Дата и время: 26 августа 1978

Место: где обитают крылатые лошадки

Сюжет: Когда нечаянная встреча жены Пожирателя смерти и пожирательского недоразумения раскрашивается неожиданными подробностями. Потому что лошадки всё делают лучше!

Отредактировано Edgar Bones (2022-06-20 09:57:08)

+1

2

частная конюшня

https://horseyhooves.com/wp-content/uploads/2017/10/Rallywood-Farm-Luxury-Horse-Barns-e1507065622610.jpg

После их с Чарльзом первой ссоры Элоиза «взялась за ум» - не выходила из дома без сопровождения Бамбера, занималась в основном домашними и шишужьими делами, из поместья выбиралась разве что за покупками для домашнего хозяйства да на встречи с братом. Примерно через три дня девушка заскучала и обратила своё внимание на вопрос, давно её занимавший, но всё откладывавшийся с возвращения из медового месяца: крылатые лошади, подаренные им на свадьбу Лестрейнджами. Этонские конь и кобыла каштановой масти, названные Лирой и Орионом, давно будоражили любопытство и воображение Элли. Но всё же их статус опасности был намного выше, чем у шишуг, а потому до сих пор о новых питомцах заботился Чарльз: он определил их в хорошую частную конюшню до тех пор, пока они не найдут для них место на своём участке. И вот теперь наконец он разрешил Элли отправиться на первую верховую тренировку, ведь с лошадьми надо наладить контакт и в целом уметь обращаться, их масса сильно превышала даже массу Чарльза, что уж говорить о хрупкой Элоизе.

- А если они будут достаточно спокойными – они смогут катать детей из благотворительного фонда Чарльза? – задаёт девушка тренеру вопрос, который давно крутился у неё в мыслях, поглаживая Лиру, которую ей сегодня вывели для тренировки, по умной, шелковистой морде. Тренер, парень лет 30, вздыхает:
- В теории – да, но я бы вам не советовал, миссис Поттер – и, заметив недоумённое выражение на восторженном лице «миссис Поттер», добавляет:
- Звери из классификации опасных, упаси Мерлин что-то случится, например, ребёнок случайно упадёт – вам и мистеру Поттеру родители житья не дадут. Вот запрячь осторожно покататься в экипаж – это можно – он знал, о чем говорит, на нём самом сегодня висела большая ответственность. Мистер Поттер весьма недвусмысленно дал понять, что тренировки его супруги должны быть в первую очередь безопасными, и ответственность за это лежит на тренере, потому что сама Элоиза (и сейчас это было очевидно) не была склонна оценивать опасность, исходящую от животных.

- На земле можете использовать обе посадки, но в воздухе годится только «мужская», и не бойтесь дёрнуть её за узду, они должны чувствовать, что не могут делать всё, что заблагорассудится. Держите корпус, касайтесь бока лошади ногой, когда обозначаете поворот… - сегодня они тренировались в просторном, но безопасном загоне, защищенным чарами и не позволяющем лошади набрать высоту выше заданной. Элли чувствовала себя ещё не очень уверено в воздухе и ей казалось невежливым (вдруг ей неприятно?) сильно дёргать Лиру за уздечку. Но в целом их с лошадью знакомство проходило неплохо – если так пойдёт, к Рождеству правда можно будет организовать для детей праздничный экипаж.
- Если будете тренироваться хотя бы дважды в неделю, скоро станете намного увереннее. Мне кажется, вы нравитесь Лире, она вела себя спокойнее, чем обычно – улыбается тренер в конце занятия и Элоиза, окрылённая похвалой, спрашивает:
- Можно я сама отведу её в конюшню? – ей хочется ещё немного побыть с лошадью один на один, пообщаться вне урока. Тренер, слегка поколебавшись, утвердительно кивает головой: до конюшни пара сотен метров, едва ли что-то случится.

Элли и Лира, которую она ведёт под уздцы, правда доходят до конюшни без происшествий. Остаётся лишь вернуть лошадь в денник и самой вернуться к Бамберу, который ждал хозяйку в стороне от конюшен, потому что явно боялся больших крылатых животных.
- Ты такая красивая, Лира. Очень хорошая девочка. Тренер сказал, я могу дать тебе сахар. Или ты больше любишь морковку? А Орион? – воркует Элоиза, поглаживая лошадь по шее, любуясь ею. Пока что ей разрешили потренироваться только на Лире, потому что кобыла спокойнее и меньше размером, но девушка надеется, что и знакомство с Орионом не за горами. Из кармана верхового, простого, оливкового цвета платья Элли достаёт морковку. Ослабляет повод всего на пару мгновений, пока возится с лакомством, и Лира тут же дёргает мордой в сторону мужчины, стоявшего в конюшне возле одного из денников, спиной к ним. Кажется, он тоже собирался угостить свою лошадь.
- Лира! У тебя есть своя еда, а это чужая. Вот, держи. Простите, она совсем молоденькая и… - мужчина оборачивается и продолжение фразы застревает у Элоизы в горле, а голубые глаза удивлённо встревоженно распахиваются. Она знает его! Эдгар Боунс. И Чарльз всё ей рассказал, про то, как он предал Пожирателей Смерти, про его связи с Орденом. Он здесь случайно? Или это то, чего боялся муж? Орден следит за ней? Может, уже даже готовится напасть? Не спуская с высокой мужской фигуры взгляда, Элли испугано пятится, удерживая под уздечку Лиру одной рукой, потому что вторая уже скользит к карману, где помимо морковки скрывалась ещё и волшебная палочка. Толку с неё не будет, Элоизе отроду не давались атакующие заклинания, но есть вероятность, что Боунс об этом не знает.

+1

3

Та ночь, когда лесной домик Боунсов сгинул в огне адского пламени, а сам Эдгар получил незабываемую аудиенцию у Тёмного Лорда, разделила его жизнь на «до» и «после». Если до этого у него ещё могли оставаться какие-то иллюзии и надежды, то теперь их не было. Никто не помог и никто не смог бы помочь ему в те часы. Никто не смог бы защитить его детей, сестру и брата. Всё это оказалось химерой и утопией. Он попался в цепкие лапы Лорда, как карась на крючок, и мог только отчаянно раздувать жабры, задыхаясь на воздухе, однако садистской милостию своего господина был возвращён в воду. Пока.

Первый месяц после той ночи Эдгар провёл дома. Никто не называл это домашним арестом, но Эдгар чувствовал, что по факту всё именно так: посетивший его под маскировочными чарами доктор строго велел не возвращаться к работе, по меньшей мере, ближайшие три недели, а лучше месяц. И рядом постоянно был кто-нибудь из Ордена, чтобы Эдгару не взбрело в голову нарушить врачебные предписания. Они хотели убедиться, что ему лучше. Но ещё они хотели убедиться, что он не опасен для общества. Чушь, конечно. Разумеется, опасен. Он ведь связан с Ним. Накрепко, не разорвать. И теперь он для всех стал чужим.

Легче всего в этом смысле Эдгар чувствовал себя с начальницей. Она сразу сказала, что прохлаждаться без дела ему не позволит, — раз уж уважаемый доктор запретил главе обливиаторов выходить на работу, то работа сама придёт к нему — правда, в несколько неожиданной форме, потому что миссис Медоуз решила выставить свою кандидатуру на пост Министра Магии. В целом, тут всё было, можно сказать, как обычно: громовержица ставила задачи — Эдгар их выполнял. Это было лучше, чем мариноваться в четырёх стенах, не зная, чем себя занять.

Вообще, всё шло не так плохо. Например, к нему допускали родственников. Несколько раз даже приезжала Эльза с детьми. Эти дни были лучшими. Только Эмбер всё переживала, сможет ли папа отпраздновать её День рождения вместе с ними и точно ли ей придёт письмо из Хогвартса. Эдгар уверенно отвечал на оба вопроса утвердительно, хотя сомневался решительно во всём. Эльза смотрела на него странно, но ничего не говорила. Ей и не нужно было — у Эдгара сердце обрывалось от её взгляда.

А ещё был разговор с профессором Дамблдором. Эдгар практически сам предложил ему экскурсию по закоулкам своего сознания, предварительно перелопаченного Тёмным Лордом. Горько, немножко едко — но это было вскоре после, что немного его оправдывало. Во всяком случае, он не сопротивлялся. Хотя, наверное, не стоило говорить «чувствуйте себя как дома» или отвечать на вопрос о том, как он себя чувствует, «как будто меня пытали, ментально изнасиловали, содрали кусок кожи, пережевали и выплюнули».

Сеанс легиллименции от профессора Дамблдора был намного более мягким и деликатным, чем от Тёмного Лорда, но Эдгар почувствовал его сдержанную настойчивость, стремление докопаться до сути, убедиться в отсутствии заложенных в его сознание ментальных «бомб» замедленного действия. Он расслабился и позволял делать с собой всё, что необходимо. Однако не сказать того, что считал необходимым, Эдгар тоже не мог. А было это ровным счётом следующее:

«Я вынужден обратиться к вам с просьбой, профессор. Боюсь, вам от меня больше нет никакого толку, ничего о нём знать мне нельзя, потому что всё, что известно мне, в любой момент может стать известно Ему. Сообщить что-то ценное вам я теперь тоже не смогу — да я ничего и не узнаю, Он не позволит. А защитить мою семью от магии крови не под силу даже вам. Я не могу так рисковать. Простите. Дальше я пойду один. Пожалуйста, отпустите меня».

Что ты будешь делать, Эдгар? Хороший вопрос. Почему бы не перерезать себе вены? На левой руке это будет особенно просто, там и кожи-то практически нет. Да, за тот месяц он не раз думал и об этом. Не решился. Время шло, а Тёмный Лорд ничего от него не требовал — как будто нарочно давал возможность расслабиться, забыть о его существовании. Эдгар помнил. А потому не видел для себя особого выбора.

Рука постепенно заживала, он вернулся на службу, а Эль с детьми — домой. Лишь время от времени Эдгар ловил на себе те самые «странные» взгляды жены, от которых у него кровь стыла в жилах. Однако со временем они исчезли — или Эдгар перестал их замечать. Будни потекли своим чередом. Но он знал, что это только передышка. Помнил об этом каждую секунду.

Во всём этом присутствовал и ещё один не самый приятный момент: по ощущениям Эдгара, куча людей — весь Орден и все Пожиратели Смерти — знали его и знали, что он натворил. А он их не знал. Порой из-за этого ему казалось, что у него начинает развиваться паранойя: в каждом встречном и поперечном Эдгар подозревал агента той или другой стороны. Некоторые ими действительно были.

Заметив в конюшне — вот уж тесен магический мир! — рыжеволосую волшебницу, Эдгар нарочно отвернулся. Не очень вежливо, но он не хотел вступать в диалог и надеялся, что она сейчас просто уйдёт. Потому что он её знал. Молодая миссис Поттер была замужем за Чарльзом Поттером — тем самым, который оказался Пожирателем смерти: Эдгар услышал это из разговора карауливших его орденцев, пока он «спал». Мало того, Элоиза ещё и была из Трэверсов, родная сестра Элойшеса. Конечно же, она знала. Разделяла их ценности или нет — другой вопрос, но разве у неё был выбор?

Незаметно переждать в стороне не получилось: чужая крылатая лошадка, как нарочно, потянулась к нему, и милое щебетание волшебницы неминуемо, как пожар, перекинулось на соседнее стойло, так что игнорировать её присутствие стало невозможно. Эдгар мысленно вздохнул и обернулся.

— Не беспокойтесь, у меня найдётся пара запасных морковок, хватит на всех, — заверил он молодую женщину. — Поздравляю с недавней свадьбой, миссис Поттер.

Он сказал это без всякой задней мысли, подгоняя слова под привычные рамки светских любезностей и лишь отмечая, что узнал её. А вот на кукольном личике Элоизы, щедро покрытом веснушками, читалась куда более красноречивая реакция. Она даже испуганно попятилась от него — какая детская непосредственность.

— Я такой страшный? — прежний Эдгар спросил бы об этом с обезоруживающей беззаботной улыбкой. У нынешнего с улыбками дело ладилось не так хорошо. Вот сейчас, например, не получилось. — Простите, если напугал вас, Элоиза. Я заглянул сюда познакомиться с лошадьми. Моей дочери исполняется одиннадцать, я хочу подготовить для неё особенный сюрприз. Эмбер обожает крылатых лошадей. И гиппогрифов. Вообще-то, и драконов тоже, но это было бы чересчур небезопасно, — бледная улыбка всё-таки коснулась его губ.

Крылатый конь, возле которого стоял Эдгар, потянулся к нему, ворчливо раздувая ноздри, и почти положил голову ему на плечо, боднув главу обливиаторов лоснящейся вытянутой мордой в попытке напомнить о себе и стребовать обещанную морковку. Эдгар совершенно непроизвольно коснулся ладонью и погладил лошадиную морду.

— Да, Антарес, я о тебе не забыл. Держи, —
Эдгар повернулся к коню, чтобы угостить его морковкой, и заодно оказался вполоборота, почти спиной к миссис Поттер. Если и это её не успокоит… Впрочем, с чего бы ему вообще об этом переживать?

+1

4

Эдгар Боунс не выглядел страшным. Он выглядел… Уставшим. Блёклым, словно стёртым ластиком. Элоиза никогда не знала его близко, но в те моменты, когда взгляд по касательной пробегался по нему на каких-то мероприятиях, он запомнился ей более живым. Впрочем, неудивительно, он наверняка радуется уже тому, что жив, если умудрился так разозлить Тёмного Лорда. И Элли не очень понятно, почему он жив, но уточнять у Чарльза она тоже поостереглась – что-то её внутренне останавливало. Может быть, и не хотела знать ответ?
- Спасибо… - отвечает Элоиза осторожно, всё ещё оставаясь на отметке, на которую «отпятилась». Она не сводит с мистера Боунса настороженного, и в то же время по-детски пытливого взгляда. Непохоже, чтобы он собирался напасть… Иначе бы уже это сделал. Но случайно ли он здесь?

- Нет-нет, я просто… - пытается сгладить неловкость девушка, так толком и не придумав, что именно она «просто». На помощь ей приходит Лира: лошади тоже немного эмпаты. Почувствовав, что хозяйка разволновалась и утратила контроль, кобыла начинает ржать и мотать головой, заставляя Элли переключить внимание на себя и покрепче схватиться за повод:
- Шшш, тише, Лира, тише. Всё хорошо – прикосновение ладонью к морде совсем чуть-чуть сдобрено эмпатическим посылом, Элоиза ещё только учится применять эмоции «прицельно» и прямо сейчас ей самой тяжело «включить» ощущение спокойствия, но и Лира не человек, ей, кажется, хватает небольшого воздействия. Или просто голоса. Кобыла фыркает, выдыхая через ноздри, и послушно замирает на месте, пока девушка слушает объяснение Эдгара.
- О! Одиннадцать. Самый важный день рождения. Как она, должно быть, волнуется. Уверена, сюрприз ей очень понравится – хотя у Элли нет причин доверять Эдгару, все её эмоции всё равно неудержимо отражаются на лице. Сейчас оно светлеет при воспоминаниях о том, что значит для волшебников одиннадцатилетие: письмо из Хогвартса, новый мир, который станет для тебя домом и во многом определит судьбу… Шаг из детства в жизнь, где ты начинаешь брать на себя ответственность и принимать решения. Элоиза, помнится, жутко скучала по Келли и Бену и не могла дождаться момента, когда наконец сядет в поезд вместе с ними. А ещё боялась, что её не возьмут к брату на Рейвенкло, а одна она совсем потеряется.

На этой ноте стоило бы попрощаться, отвести Лиру в денник, предложить ей и Ориону по морковке и торопливо отправляться домой. Элли ведь обещала Чарльзу быть приличной женой, правда? Но побороть любопытство и желание вызнать что-то – неимоверно тяжело, ведь данные мужу обещания не означают, что Элоиза не волнуется и перестала ощущать нависшую угрозу. Эдгар даже отворачивается к своему коню, и кажется, продолжать разговор ему вовсе не обязательно. Или это какая-то хитрая уловка? Прямолинейная Элли разбирается во всём этом очень плохо… Но её эмпатская сущность лжи не улавливает. Усталость, обеспокоенность – да…

Что бы на её месте сделал Чарльз? Кроме очевидного «утащил бы домой» варианта? Спросить Эдгара о чем-то в лоб или сказать «муж мне о вас рассказал» девушка боится. Всё ещё не уверена, что это не какая-то провокация ордена… А сказав что-либо настолько прямолинейное, она лишь подтвердит, что в курсе статуса Чарльза, а значит, обладает какой-то информацией и может сделать себя целью. Она обещала мужу не вмешиваться. Пару мгновений она топчется нерешительно на месте, решая, уйти или остаться, но в конечном итоге любопытство перевешивает:
- Я понимаю Вас, мистер Боунс. Я тоже очень беспокоюсь за свою семью – миссис Поттер решается прощупать почву вроде бы нейтральной, но достаточно понятной им обоим фразой, к тому же должной затронуть настроение Эдгара, судя по тому, что ощущает от него Элли. У неё ведь может не быть другого шанса что-то узнать, сейчас всё сложилось на удивление удачно, и Бамбер не выдаст её Чарльзу, потому что так сильно боится лошадей, что ни за что не сунется внутрь конюшни, пока Элли сама за ним не придёт.

+1

5

Она была даже милой — открытой и притом искренней, Эдгар чувствовал это без всякой эмпатии. Хотя он, конечно, мог ошибаться, потому что Элоиза всё-таки была сестрой и женой Пожирателей смерти, да ещё и состояла в каком-то отдалённом родстве с Эйвери, как он теперь припоминал. И со всеми она, разумеется, прекрасно ладила. Так что то ли Пожиратели стали чисты душой в своих симпатиях к наивным веснушчатым созданиям, то ли создание это не такое уж наивное, каким кажется на первый взгляд.

Однако было в ней всё-таки что-то детское. Вот и на упоминании о детях Элоиза заметно оживилась, забывая о своём первоначальном испуге. Любить детей — не своих, а в принципе и в целом, как класс — по наблюдениям Эдгара, могли только хорошие люди. Впрочем, возможно, он просто не был близко знаком с четой Яксли.

Поняв, что ей ничего не угрожает, миссис Поттер с лёгкостью переступила через свои страхи и опасения и подхватила тему с оживлённой беззаботностью. Эдгар снова обернулся к ней.

— Эмбер очень волнуется, это правда: День рождения у неё послезавтра, и она здорово переживает, точно ли ей придёт письмо из Хогвартса, и успеем ли мы тогда купить всё необходимое, — поделился он. — И, само собой, ей будет чем заняться, разглядывая новенькие школьные учебники и волшебную палочку, но мне хотелось бы устроить для неё запоминающийся праздник перед её отъездом в школу.

Элоиза его больше не боялась — некоторая настороженность во всей её фигуре ещё присутствовала, но место испугу уступило что-то новое, подозрительно напоминавшее… любопытство?

«Какая странная девушка», — подумал Эдгар. Противоречия, связанные с ней, казались ему слишком сильными и острыми, а потому он никак не мог их для себя растолковать. Однако он признавал возможность их существования: в конце концов, он и сам был ходячей аномалией в своём стремлении к свету и попадании во тьму. Так бывает. Это может случиться с кем угодно, и наивность тут — благодатная почва. Осознаёт ли она действительно, с кем связалась?

Элоиза Поттер не оборвала разговор при первой удобной возможности. Эдгар не знал, что ею двигало, однако, несмотря на свою первоначальную реакцию, она явно и недвусмысленно пошла на контакт и даже ловко нашла между ними кое-что общее: беспокойство за семью.

— Есть из-за чего, — пробормотал он себе под нос, перехватил взгляд волшебницы и тихо вздохнул. Антарес как раз успел дожевать морковку, так что теперь ничто не мешало Эдгару, похлопав коня по шее, обратить всё внимание на собеседницу.

— Я понимаю, почему вы испугались, когда увидели меня, — прямолинейно заявил он. — Вы ведь знаете, кто я такой. Должно быть, вы думаете — это же тот самый Эдгар Боунс, который был Пожирателем смерти, но переметнулся в дамблдоровский Орден, от него можно ожидать, чего угодно. Это так, однако вы, вероятно, не в курсе продолжения этой истории. Не волнуйтесь, Элоиза, я для вас не опасен. Опасны другие.

Почему он начал говорить с ней об этом? Эдгар пока не мог чётко сформулировать для себя ответ на этот вопрос, но он почуял в молодой миссис Поттер что-то такое, что нуждалось во внимании и заслуживало предупреждения. Разумеется, она была взрослой девочкой и, к тому же, совершенно посторонней для Эдгара, но, несмотря на то, что практически её не знал, он ощутил по отношению к волшебнице симпатию, вынуждавшую его говорить, — и, может быть, толику встречного любопытства — уж слишком загадочной казалась миссис Поттер в своей видимой простоте.

— Чего я не понимаю, так это почему вы до сих пор разговариваете со мной. Не подумайте, что я что-то имею против, — прибавил Эдгар, чуть улыбнувшись, чтобы не быть понятым превратно. — Просто это не самое очевидное решение, учитывая все исходные данные, которыми вы обладаете, и для меня оно непрозрачно.

В конце концов, он тоже всегда умел говорить открыто и прямо, даже когда вещи казались сложными. А Элоиза Поттер, как представлялось Эдгару, должна была правильно воспринять этот жест с его стороны.

+3

6

Судя по рассказу Чарльза, едва ли опыт, который получил Эдгар Боунс после предательства, можно было назвать приятным. Поэтому Элли была готова к тому, что мистер Боунс станет увиливать от прямого разговора или просто сменит тему, а может даже не ответит и переключится на коня, ведь выбор компаньона на одиннадцатый день рождения дочки – это очень важно. Но мужчина на удивление отвечает открытостью на открытость, чем сразу завоёвывает ещё несколько пунктов симпатии Элоизы. Нападать он не собирается, а выведывать какую-то информацию у неё – глупо, она не может знать что-то такое, чего не знает Боунс, бывший Пожирателем Смерти. Но кто он в настоящем? Можно ли считать его теперь «орденцем»? Или теперь он не принадлежит ни к одной из сторон? По мнению Элли, разницы между ними не было никакой (исключая вектор личных интересов) и суть «перебегания» ей неясна, но это всё-таки дело Эдгара, и она не собирается копаться в его личных мотивах.

- Продолжения? Нет, пожалуй… - Чарльз упомянул, что Тёмный Лорд за подобные прегрешения карает по заслугам, но в подробности, конечно, не пускался. Элли лишь догадывалась, что раз мистер Боунс до сих пор жив, что-то, вероятно, всё ещё происходит за занавесом этой истории. Едва ли Тёмный Лорд мог проявить гуманность. Вот в том, что опасны для неё не Эдгар, а другие, девушка почти уверена. И он – её единственная ниточка к этим «другим». Вот только… станет ли выдавать хоть что-то ей?
- Я знаю об опасности, мистер Боунс – отзывается Элоиза, и взгляд голубых глаз становится более вдумчивым, всматривающимся в Эдгара, словно собеседница что-то для себя решает и взвешивает. Кажется, лёд между ними тронулся – мужчина, несколько мгновений назад казавшийся совершенно блёклым, сейчас даже слегка ей улыбается.

- Вы правы, я сначала подумала, что вы можете быть здесь… По их поручению – слегка подчеркивая местоимение голосом, Элли задумчиво кивает. Чарльзу бы эта ситуация точно не понравилась, если он и рассказал ей о Боунсе с каким-то умыслом… То точно с тем, чтобы подобного диалога никогда не произошло. И если муж узнает об этом, она, наверное, просидит под самым настоящим домашним арестом минимум до Рождества. Но желание защитить свою семью в Элоизе сильнее всего на свете, и оно подталкивает её к непослушанию и риску. Элли уже не та маленькая болезненная девочка, нуждавшаяся в поддержке и целительских навыках Чарльза. Теперь она тоже может о нём позаботиться.

- Я женщина, мистер Боунс, для меня есть только одна сторона – моя семья – Элоиза прижимается к изящной шее Лиры, поглаживает лошадь и достаёт из кармана платья всё-таки не палочку, а морковку, словно подтверждая таким образом свой выбор. Пока кобыла похрустывает лакомством, Элли продолжает:
- Чарльз меня опекает, иногда даже излишне, он хочет, чтобы я оставалась в стороне от всего, кроме дома, но… Я не хочу бояться неизвестности и могу выдержать больше, чем ему кажется – точно воробей, хорохорящийся перед более крупной птицей. Наверное, со стороны Эдгара это выглядит смешно, и это он ещё не знает, насколько Элоиза бесполезна в любой дуэльной магии. Но ведь не всё упирается в дуэли? Вот дядя Эйдан и Келли, хоть и хорошо колдуют, всегда в первую очередь используют мозг.
- Вы лучше знаете, кто для меня опасен, мистер Боунс. Как они действуют. Где бы вы были особенно осторожны на моём месте… Я не хочу никому вреда. Только лишь нормальной, спокойной семейной жизни. Детей, которым тоже смогу устраивать сюрпризы на день рождения. Но если кто-то нам угрожает… Я должна быть готовой – Элли хмурится, а Лира, фыркнув, вскапывает передним копытом покрытие пола, снова улавливая смену настроения хозяйки. Может, с дуэлями у Элоизы неважно, но за безопасность своей семьи она будет сражаться и обязательно найдёт способ, каким бы он ни был.

+3

7

Слушая Элоизу, Эдгар терялся в реакциях где-то между искренним недоумением и нервным смехом. Её позиция становилась для него в общих чертах ясна: миссис Поттер чисто по-женски мечтала о простом и незамысловатом, но таком труднодостижимом семейном счастье. Эдгар поверил в это сразу же, как только она об этом сказала, — не было повода не поверить. В целом, он не мог её за это осуждать и даже поддерживал озвученный тип мировоззрения, в центре которого стояла забота о семье. Что касается всего остального, они расходились в восприятии реальности настолько сильно, что наивная доверчивость Элоизы начинала подтачивать эмоциональный фон Эдгара червячком тоскливой, безнадёжной жалости. Впрочем, в отличие от себя-прошлого он чувствовал, что вполне способен задушить этот порыв в зародыше, и зафиксировал эту мысль в своём сознании с отстранённым удивлением, будто бы едва пробивавшимся сквозь толстое стекло аквариума. Эдгар уже почти привык к ощущению, что живёт в этом самом аквариуме. Он мог бы даже просто развернуться и уйти, и вряд ли его совесть что-то тревожило бы после. Поэтому если он решил ненадолго задержаться, то скорее из любопытства, чем из сострадания.

— Ваш муж, должно быть, очень вас любит. Вам повезло. И не повезло одновременно.

Возможно, промолчать, вежливо попрощаться и уйти было бы наилучшим решением. Проблема в том, что Эдгар уже не мог мыслить прежними категориями и оценивать всё с тех же позиций, что и раньше. Он по-прежнему задавал себе вопросы — но даже они теперь были другими. Стоило ли ломать копья, всерьёз пытаясь открыть этой девочке глаза на реальное положение вещей? Нет, однозначно, нет. Попытка потерпела бы провал, а в случае сомнительного успеха, вероятно, разрушила бы для молодой миссис Поттер весь её привычный «светлый» мир, в котором она существовала в полной безопасности, оберегаемая любящими Пожирателями смерти. Эдгар не считал себя тем, кто обязан подтолкнуть Элоизу в этом направлении. Жизнь сама всё расставит по местам. Но предупредить — что ж, пожалуй, это он мог. К тому же, ему было интересно посмотреть, как она отреагирует.

В последнее время он в принципе стал спокойнее относиться ко множеству вещей: у него уже просто не осталось никаких душевных сил для моральных дилемм и идейных метаний, для сострадания или страха — в ночь после пожара Тёмный Лорд сломал его, уничтожил нечто неуловимое, но крайне важное. Эдгар Боунс, которым он был до той ночи, перестал существовать. Он бы этого просто не выдержал. А тот, кто остался… Эдгар и сам пока плохо его понимал. Он грустно усмехнулся и покачал головой.

— Да, я знаю, кто для вас наиболее опасен, миссис Поттер. Тёмный Лорд.

По глазам Элоизы становилось ясно: не это она ждала услышать. В ней явно жила детская вера в то, что каждый человек получает то, чего заслуживает, и что можно просто делать всё правильно, и тогда всё будет хорошо. Опасное заблуждение.

— Сейчас объясню, — добавил Эдгар, чувствуя, что без этого теперь никак не обойтись. — Видите ли, Элоиза, Милорд очень хорошо знает слабые места своих слуг. Он замечательно научился определять самое дорогое и важное в жизни каждого из своих последователей и при необходимости с лёгкостью использует это как рычаг давления. В моём случае, как и для вас, это семья. В случае вашего супруга, полагаю, это вы. Поэтому, если Тёмному Лорду вдруг не понравится что-то, что делает мистер Поттер, его негодование ощутите на себе в первую очередь лично вы — ведь именно так можно причинить самую большую боль вашему мужу, и это идеальный способ удержать его под контролем. Идеальный для Тёмного Лорда — и для противодействующей стороны.

Антарес фыркнул и боднул его в плечо, и Эдгар, задержав на несколько мгновений взгляд на миссис Поттер, полез в карман за следующей морковкой, так что последующий отрезок беседы сопровождался аппетитным хрустом.

— Я не в курсе планов ни одной из сторон, но, если рассуждать логически, есть вероятность, что Орден попытается надавить на Чарльза и убедить его сотрудничать. Или, может быть, они будут уговаривать сотрудничать вас, обещая спасти вашего мужа от Азкабана. Так вот: даже если сделка будет казаться вам единственным выходом — не соглашайтесь. Потому что то, что Милорд сделает, когда узнает, будет хуже ваших самых страшных опасений. Вам не понравится.

+2


Вы здесь » Marauders: stay alive » Настоящее время » [26.08.1978] Взмах крыла


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно