Marauders: stay alive

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marauders: stay alive » Флешбеки » [16.06.1978] Своя игра


[16.06.1978] Своя игра

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

СВОЯ ИГРА


закрытый эпизод

https://forumupload.ru/uploads/001a/c7/fc/89/973681.gif https://forumupload.ru/uploads/001a/c7/fc/89/959701.gif

Участники: Бартемиус Крауч-ст., Эйдан Эйвери

Дата и время:16 июня 1978

Место: Министерство Магии

Сюжет: Двум главам департаментов всегда есть, о чём поговорить, когда министр - Минчум.

+2

2

Когда говорят, что дергается глаз, предполагают, что человек становится похож на железнодорожный светофор, поочередно подмигивающий зрителям. На самом деле, все не так. Если нет серьезных нарушений, то начинает дергаться всего одна мышца. Процесс почти незаметный, но крайне досадный. И появляется в минуты крайнего напряжения.

На закрытом заседании Визенгамота, где обсуждали текущую ситуацию, глаз не дергался. Крауч был как обычно собран и слушал, слушал, слушал. Бесконечный поток вопросов и предложений. Самое удивительное, что от него немедля хотели и перспектив, и решений, и результатов. А лучше вчера. Визенгамот боялся ответственности и массовых выступлений в связи с событиями трагически жаркой ночи 14-15 июня. Интересовался, как там поживает на больничном чудесным образом воскресший Министр. Краучу - даже удивительно почему! - казалось, что он стал крайним приблизительно во всех аспектах жизни Великобритании. И что дальше он либо станет святым, либо закончит дни в Азкабане (надо, кстати, заранее позаботиться о красивой табличке с собственной фамилией - вдруг пригодится). Бартемиус мнил себя циником и фаталистом, но если мог, предпочитал управлять своей жизнью самостоятельно. Ну и жизнью вокруг, если приходилось, тоже.

Отбившись от Визенгамота и раздав возможные указания с позиции все еще исполняющего обязанности Министра, Крауч вышел из совещательного зала, попрощавшись с некоторыми из коллег, и ушел в противоположную сторону от лифтов. Туда, где во мраке тускло освещаемого коридора, за ним не будут бегать с просьбами разъяснить, подписать, повлиять и разобраться. Мышца под левым глазом дергалась от сильнейшего перенапряжения, и Бартемиус отчаянно растирал ее в надежде, что это поможет. Помогало не особо, он злился. Зато знал, что скоро пройдет. А после поцелуя дементора, говорят, люди вообще перестают чувствовать какие-либо эмоции, поскольку разумная деятельность в них заканчивается. Удобно, ничего не скажешь.

Бартемиус постоял в тени еще немного. Его характерный профиль в неявном свете сливался с профилем горгульи, которую разместили здесь несколько веков назад для украшения. Крауч выдохнул, энергично растер лицо руками, хрустнул шеей и понял, что пора двигаться дальше. Киснуть было некогда, нужно действовать. Немедленно.

На часах было уже начало четвертого, заседали они больше двух с половиной часов. В коридорах, быстрым шагом догоняя тех, кто задержался после окончания встречи, Крауч заметил еще одну высокую фигуру в тщательно подогнанном костюме. - Эйвери, - окликнул. Уже здоровались сегодня. - А пойдем перекусим. По-моему, нам есть, что обсудить.

Бартемиус любил прощупывать обстановку загодя, прежде чем вносить предложения и действовать. Если можно было узнать отношение заранее, зачем же полагаться на случай. А Эйвери был из тех, кого голыми руками не возьмешь. Прирожденный дипломат, скользкий и саркастичный, он был у руля своего отдела приблизительно столько же, сколько Крауч руководил ДОМПом. И интересы их расходились порой полярно. Кажется, закрытие границ Эйвери ему до сих пор не простил. Но Крауч уважал чужое мнение и считался с ним, даже если не был согласен. И Эйвери тоже было за что ценить. Не уважал Крауч только террористические объединения, которые объективно мешали выполнять ему свою работу, но то уже был другой вопрос.

Зная Минчума (жаль, что нельзя скормить фестралам хорошего такого!), Крауч был уверен, что тот скоро сдастся. А это значит, что на пороге внеочередные выборы, которые отвлекут общество от трагедий, снизят градус возмущений, но точно добавят головной боли всем, кто так или иначе у руля Магической Британии.

Подпись автора

https://i.imgur.com/q5QH764.jpg

+1

3

Прошло уже десять дней, а чудесным образом найденный Минчум до сих пор так и не явил себя пред светлы очи почтенной публики, что наводило на мысли. Эйдан точно не знал, в каком состоянии из той майской передряги выбрался горемыка Гарольд, но в целом было уже кристально ясно: его дни как министра магии сочтены. Отсутствие Минчума чересчур затянулось, слухов и подозрений вокруг его фигуры роилось теперь слишком много, и тут уже попробуй докажи, что ты не оборотень, а результаты медэкспертизы — не подтасовка.

Волшебники, заседавшие в Визенгамоте, по большей части тоже это понимали. Нынешнее совещание должно было пролить свет и внести ясность по одному вопросу: что же дальше. В силу его колоссального масштаба, однако, выходило с переменным успехом. Эйдан был в числе первых среди тех, кто открыто выступил с позицией «Минчум всё» и заговорил о необходимости проведения досрочных выборов. Это не должно было вызывать подозрений. Любая фигура на посту Министра Магии для кого-то непременно является спорной, и Гарольд не был исключением. Кому-то из руководителей департаментов он досадил больше, кому-то меньше. В любом случае, Эйвери никогда не слыл человеком, который будет молча ждать, пока всё как-нибудь уладится само — неважно, из сочувствия или из нерешительности. Ни тем, ни другим он не страдал и полагал, что при занимаемой им должности это нормально.

Труднее всех при нынешнем междуцарствии приходилось Краучу. Эйдан не сомневался, что Бартемиус продолжает держать ДОМП под своим контролем, — иначе просто и быть не могло. Однако судьба настойчиво стучала по головам ответственных сотрудников департамента правопорядка чугунным котлом, а больше всего, разумеется, прилетало Краучу как временно исполняющему обязанности министра магии. В определённом смысле это было справедливо: нынешней ситуации отчасти способствовало принятие его декрета в начале года. Но только отчасти — уж Эйдану ли было не знать.

На выходе из зала Эйвери немного задержался: у него состоялся непродолжительный, но весьма любопытный диалог с Сигнусом Блэком. Эйдан не удивился бы, если бы тот высказал намерение прыгнуть со своей должности прямиком в кресло министра, но амбиции Блэка оказались скромнее — он жаждал всего лишь занять место Крауча во главе ДОМП. Желание, на вкус Эйдана, весьма сомнительное, но у каждого свои капризы. Для Пожирателей Смерти это было бы всё равно, что променять шило на мыло, но сам факт того, что Сигнус посвятил его в свои планы, Эйдану весьма импонировал. Иногда важно сделать правильную ставку в самом начале заезда. Эйвери обдумывал этот расклад, возвращаясь к себе в кабинет, когда его окликнул знакомый голос — Бартемиус Крауч-старший собственной персоной.

Его приглашение перекусить, в сущности, не было вопросом, но при нынешней ситуации Эйдан ни за что не отказался бы от такой возможности поговорить без купюр, с глазу на глаз — тем более по инициативе врио Министра Магии. Поэтому, обернувшись к Краучу и мимоходом оправив узел галстука, он миролюбиво кивнул.

— Наше прекрасное светлое будущее? — привычно съязвил Эйдан — впрочем, без явного сарказма. — Идём. Я как раз не успел пообедать перед началом этих гладиаторских боёв. Что-то мне подсказывает, что ты — тем более.
Дальше они пошли по коридору вместе.
— Как Минчум? Вы правда его нашли или тянете время? Даже я уже начинаю сомневаться, — Эйдан усмехнулся, но доля шутки в его словах была невелика. О том, что, если Минчум в ближайшее время не сделает официального заявления, им придётся решить вопрос за него, Эйвери заявил ещё во время совещания и не видел смысла повторяться: Бартемиус наверняка хорошо понимал всё и с первого раза.

+1

4

- Судя по тому, что мне донесла разведка утром, перспективы на хорошие бифштексы в кафетерии у нас выше, чем на светлое будущее при текущем министре, что на больничной койке, - Крауч хмыкнул и дружески похлопал Эйвери по спине. Разведка в лице вездесущей секретарши дружила со всеми: от полотеров до дуболомов и потому в кафетерии для Крауча в любое время дня и ночи можно было добыть поджаренный кусок мяса, без которого он напрочь отказывался работать.

До лифтов дошли быстро. Крауч не торопился озвучивать все свои мысли и отвечать на конечно ни к чему не обязывающие вопросы Эйвери как минимум потому, что вокруг были уши, глаза и любопытные лица. Ого, еще бы, и.о. министра и глава международников идут вместе и что-то обсуждают. Бартемиусу всерьез казалось, что рявкни он тут сейчас под Сонорусом что-нибудь - и половина министерских сплетников немедля оказалась бы в медицинских покоях, хотя вроде бы никого вокруг них не было. Можно было бы считать паранойей, но Крауч уже неоднократно избегал радости быть зааваженым или, что хуже, подставленным. Короче, осторожность должна быть осторожной.

- Конечно нашли. Состояние было не очень, мне доложили, - а как иначе, если я же своим все и сказал, - и я сразу прибыл на место. Потрепан знатно, так что лежит, приходит в себя. Появляться на публике в таком виде отказался, хотя мы даже обещали ему отгладить рубашки. Сам помнишь, если не волосок к волоску. пресс-конференцию не начнет, - Бартемиус скептически поджал губы, всем видом выражая неодобрение. Сам он весьма компромиссно относился к собственному внешнему виду и считал, что тот несет прямую информацию окружающим о его состоянии и настроении. Лифт тренькнул, из него вышли две симпатичные молодые барышни, ушедшие в сторону административных служб Визенгамота. Крауч зашел внутрь, подождал, пока за Эйвери захлопнется решетка лифта, и нажал на восьмой уровень. - Ты же не имеешь ничего против кафетерия? На рестораны времени нет, извини.

Крауч уже сочувствовал Урхарту. Тот был как обычно не в восторге приблизительно от всего, но бремя и.о. главы ДОМПа принял с покорной обреченностью. Добрый верный Элфи, надежный, как черепаха, на которой покоится их планета. Вряд ли кому-то еще Крауч мог поручить ДОМП. Скорее всего, на его место метили, подразумевая ту невероятную силу, которой он наградил своих сотрудников, но вряд ли они понимали, что мотивировать людей, которые регулярно теряют сослуживцев, работать дальше, было под силу немногим. На официальную подготовку сотрудника боевых подразделений уходит три года. Реально, чтобы на сотрудника можно было положиться, уходят все пять-семь лет. В это время он достаточно уязвим как боевая единица и местами напрочь бесполезен, как оперативник. И если погибает или выходит из строя старший товарищ, заменить его некем. А кадры небесконечны.

Как показала практика январского собрания, которое Крауч запомнил слишком хорошо, ощущение исключительности сподвигало сотрудников бравировать собственным "я" и не подчиняться. Держать в узде всю эту физически и ментально сильную гвардию было сродни попыткам нацепить намордник на дракона. И если кто-то планировал переделывать ДОМП под себя, то, как говорится, безумству храбрых гробы со скидкой. Урхарт, здесь Крауч мог поручиться, ничего такого делать не станет. Хотя, признаться, Бартемиус искренне за него переживал и нет-нет да спрашивал, как дела в департаменте.

Бартемиус бросил взгляд на холеного Эйвери, который, конечно, не с курорта вернулся. но выглядел уж слишком раслабленно, и внутренне позавидовал. Ему явно жилось сейчас существенно легче, чем самому Краучу.

- Я почти уверен, что на днях мы получим публичное заявление об отставке, чтобы обойтись без скандальных вотумов. Для репутации это некрасиво, а Минчум большой любитель красоты. Нам налево, в кафетерии оборудовали залы поменьше. Может, там сейчас никого и нет, - Бартемиус кивнул головой влево, когда лифт остановился и решетка открылась. - Мне кажется, если бы мы сейчас всерьез объявили вотум недоверия, получили бы революцию с непредсказуемым исходом. Или я не прав?

Подпись автора

https://i.imgur.com/q5QH764.jpg

+1

5

Крауч дружески похлопал его по спине, и, хотя несанкционированных физических контактов Эйдан не одобрял, он счёл допустимым расценить этот жест как проявление расположения и сигнал к началу доверительной, насколько это вообще возможно, беседы. Это было, как минимум, интересно, так что глава международного департамента чуть дёрнул уголком губ, обозначая понимающую усмешку:

— Ничего не имею против конкретного, быстро достижимого результата в ожидании того счастливого дня, который постоянно откладывается на никогда не наступающее завтра.

В отличие от Бартемиуса, Эйдан говорить в министерских коридорах в полный голос не боялся — по крайней мере, пока, потому что скрывать ему было нечего. Хотя казалось совершенно очевидным, что все, кто находился сейчас в зоне условной досягаемости, навострили уши, едва уловив зарождающийся разговор между руководителями двух влиятельных министерских департаментов. Эйдан был даже не прочь подразнить любопытствующих и дать им для затравки какую-нибудь ниточку, которая неминуемо уведёт их по ложному следу, предоставив богатую почву для сплетен и пересудов. Крауч и Эйвери обедают вместе после заседания кабмина! С ума сойти, какое событие. Между тем, эта новость имела все шансы облететь министерство с такой скоростью, как если бы один из них пригласил другого на свидание: сплетни о любовных интрижках и о политике в нынешних реалиях распространялись в кулуарах с равной быстротой.

Минчум сидел у Крауча в печёнках. Это сквозило в обертонах и выборе слов: Бартемиус не пытался скрывать своего отношения, он лишь проявлял похвальную сдержанность в суждениях, ограничиваясь мелкими демонстрациями скепсиса, которые, вроде бы, могли и не относиться ко всей ситуации в целом — но, учитывая обстановку после исчезновения Гарольда и количество дерьма, которое приходилось расхлёбывать Краучу, можно было не сомневаться: нежных чувств к Минчуму Барти не питает — и в этом вопросе их взгляды удачно сходились.

Путь до кафетерия был недолог, но старший коллега успел позабавить Эйдана, заботливо распространив на него своё покровительство, как будто полагал, что глава международного департамента снисходит до трапезничания исключительно в ресторанах класса люкс и, как следствие, не найдёт дорогу до «пролетарской» министерской забегаловки. Эйдан даже отметил это наблюдение негромким смешком и повернул голову, чтобы бросить взгляд на Крауча.

— Никак не можешь отойти от школьной привычки всё объяснять и показывать несмышлёным первокурсникам? — миролюбиво предположил Эйдан. — Не беспокойся, Барти, я работаю в этих стенах не первый год и не настолько оторван от реальности, чтобы не ориентироваться в нашем муравейнике.

За этой почти светской беседой они добрались до нужного зала кафетерия, где разговор естественным образом прервался на время, пока два больших начальника разживались едой. Выбрать стол Эйдан доверил Краучу: тот явно придавал конфиденциальности их диалога большое значение, а в вопросах безопасности Бартемиус порой мог проявлять параноидную тщательность, что он уже продемонстрировал своим январским декретом.

— Совсем не обязательно, — продолжил Эйдан и стряхнул салфеткой невидимую крошку со скатерти. — Такие новости — как кусок мяса. Вопрос в том, как ты его приготовишь и подашь. Боюсь, что у нашего многоуважаемого министра в любом случае осталось мало шансов сохранить лицо и совсем никаких, чтобы сохранить должность. И было бы лучше для всех, если бы, уходя, он сам взял на себя символическую ответственность за последние трагические события.

«Которые вы не успели предотвратить», — прибавил он — исключительно про себя, чтобы у старины Барти не сложилось ощущения, будто его пытаются в очередной раз ткнуть его выдающимся носом в не менее примечательные упущения департамента правопорядка.

— Но тебя, как я понимаю, беспокоит не чистота репутации Минчума, а, скажем так, перспектива ослабления министерского аппарата на фоне неуправляемых перемен?

Интонации с таким же успехом могли бы быть утвердительными, однако тогда Эйдану пришлось бы следом задать Краучу уже совсем другой вопрос, а он предпочитал оставить инициативу в этой беседе за Бартемиусом.

+1


Вы здесь » Marauders: stay alive » Флешбеки » [16.06.1978] Своя игра


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно