Marauders: stay alive

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marauders: stay alive » Флешбеки » [19.06.1978] Команда "Ложись!"


[19.06.1978] Команда "Ложись!"

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

Команда "Ложись!"


Закрытый эпизод

https://i.imgur.com/DZQx7YU.png

Участники:
Ulysses Belby, Minerva McGonagall, Marlene McKinnon

Дата и время:
ночь с 19 на 20 июня 1978

Место:
Дом Алисы и Фрэнка Лонгботтомов в Портсмуте

Сюжет:
Партия сказала: "Надо!", комсомол ответил: "Я ж с дежурства, своих больных хватает, а тут вы еще, больные на голову!"

Марлин МакКиннон героически на своих худеньких плечиках притаскивает с поля боя слепую Минерву МакГонагалл. Целитель Белби в лютом восторге. Всем завтра на работу, кроме потерпевшей. (Upd.: а у нее педсовет завтра, глаза бы ее этих коллег не видели, вероятно!) На дворе дома Лонгботтомов глубокая ночь. И сколько там еще пострадавших на горизонте?

P.S.: Действие сразу после поста Марлин в эпизоде [19.06.1978] at the gunpoint
P.P.S.: Шедевральная графика - дело волшебных рук Минервы.

Отредактировано Ulysses Belby (2022-01-18 23:01:58)

+7

2

В детали дела его никто не посвятил. Сказали, что в ближайшую неделю возможна серьезная стычка с Пожирателями, что могут быть раненые. Стоит быть начеку и далеко деревянный брелок в виде вороны не забрасывать. На последнее Белби скептически хмыкнул - за четыре года в Ордене он еще и не такое повидал, даже разработал особый диагноз - "гриффиндор задницы" (наличие головного мозга в случаях постановки этого диагноза было под вопросом, а вот задница обычно имелась). Почему Гриффиндор - так по внутренней статистике остальные с такой охотой не вляпывались и оголтело не бежали прикрывать друг друга и штатских, не озаботившись щитами для себя.

С каждым попавшим к нему в руки Белби проводил профилактические беседы без анестезии. Втолковывал, что вообще-то сначала надо защитить себя, а потом - других. Что иногда оборона полезнее, что надо уметь уходить с поля боя на своих ногах. Что надо думать головой, а не надеяться на чудо расчудесное в его лице. Попутно задумывался, что Дафна Мюррей, которая Чан, с этим живет ежедневно, и даже пару раз с ней обсуждал, что делать с такими безрассудными остолопами, которые стоят на страже правопорядка. Непредметно, конечно, все-таки тайну Ордена следовало хранить даже от родных и близких.

Вечер понедельника, 19 июня 1978-го, заканчиваться не планировал. После ужина Белби осел в кабинете (к счастью и удивлению супруги, дома!) и обложился справочниками, где можно было что-нибудь разузнать про лечение самолопающихся гнойных фурункулов. Их себе заработала одна милейшая дама из частных клиентов, которая увлекалась косметическими зельями, притирками и - периодически! - заклинаниями для омоложения. После каждого третьего заклинания от нее прилетала взъерошенная черная сова в крапинку, и Улисс сразу же брал ту мантию, которую не жалко - все равно вся ее косметическая придурь превращалась в гнойники, кровавое месиво и прочие неприятные для отмывания штуки. Но на вызовы отправлялся исправно - платила она щедро. Хватало и на пятновыводитель, и на новую мантию. В этот раз обойтись за один визит действительно не удалось, требовалась дополнительная информация, и Улисс занялся ее поисками.

Деревянная ворона задергалась, когда уже совсем стемнело, и Белби, намеренно подключенный ко всем экстренным оповещалкам на этой неделе, с любопытством потянул на себя. "Оборотное. Он — не я. К.Д."

"О как", - подумал Улисс. "- Нам достались исключительно состоятельные противники", - памятуя стоимость и редкость ингредиентов для Оборотного зелья, Белби оценил затраты и подумал, что для него это подходящий знак, чтобы наведаться в условленный дом. Поманил с вешалки от входа темную куртку, чтобы накинуть поверх помявшейся за день рубашки с закатанными рукавами, взял тревожный чемоданчик с банками-склянками, один из справочников и аппарировал.

Дом Лонгботтомов на окраине Портсмута был совсем недалеко от береговой линии залива Портсмут-Харбор и далеко от магглов. Идеальное место для двух шифрующихся сотрудников спецслужб с активной гражданской позицией и всяким отсутствием чувства самосохранения. До входа в дом было около пятидесяти футов, света в окнах он не заметил, защитные чары стояли так, что дома вряд ли кто-то отсыпался, но хозяева вполне ясно дали ему понять, что с их графиком дома нечасто кто-то бывает. Белби ключом отпер входную дверь, попутно дав понять защитным чарам, что входит свой, и зажег свет в прихожей. Затем, прихрамывая, приоткрыл окно, впустив насыщенный запахами моря и прогретой земли воздух в комнату, добрался до дивана в крохотной гостиной, где и устроился в ожидании. Если вызов окажется ложным, он будет только рад и пришлет Фрэнку с Алисой какую-нибудь посылку с фруктами, чтобы оправдать свое параноидальное вторжение.

По его расчетам, у него было минут пятнадцать до того, как ему притащат очередное тело, которое нужно будет оживлять. Улисс раскрыл справочник там, где остановился, и погрузился в чтение. Время он не засекал, но в ночной тишине отчетливо услышал хлопок аппарации. С усилием поднялся и выглянул из окна в темноту двора, неаккуратно обнаружив свой профиль в свете из комнаты. Если аппарация - это последнее, что смог совершить потерпевший, то ему так будет проще услышать, пора ли идти к кому-нибудь навстречу. Пока он даже не понимал, куда аппарировали пострадавшие. И пострадавшие ли это были.

+7

3

[indent] После перемещения Минерву еще несколько секунд мелко потряхивало и отнюдь не из-за аппарации. Резкая перемена локации, внезапно ударившая по ушам тишина, темнота, неожиданная даже для практически полностью утраченной способности видеть, - ощущения казались похожими скорее на резкое погружение под воду, чем на привычный её миру способ передвижения, и эффект оказывали очень схожий - секундное замешательство перед тем, как начать хоть что-то предпринимать, чтобы выбраться. Разве что о спасении собственной жизни речь больше не шла. Или шла?
[indent] В первую секунду было совершенно неясно, где они оказались, и что нужно и должно делать дальше. Палочка еще крепко держалась в пальцах, готовая не то нанести, не то отразить удар. Сердце еще колотилось бешено. Магия, вперемешку с адреналином, еще покалывала на самых кончиках пальцев, но, главное, никуда не делись из головы чувства уязвимости и замешательства, и не сразу отпускали мысленные образы людей, оставленных на поляне, залитой огнем - Эдгар Боунс, Фрэнк, Доркас, Карадок и их, как бы громко и нелепо это не звучало, враги.
[indent] Не сразу получилось принять, что из состояния напряженной, натянутой струны, можно перейти в нечто иное и хоть ненадолго расслабиться. Никак не удавалось согласиться с рациональной частью себя, которая говорила, что оставаться там означало превращаться в обузу для остальных, и едва ли не чистое упрямство мешало уже выдохнуть и согласиться, что бывшая выпускница, вытащившая свою некогда наставницу с поля боя поступила правильно. Поступила достойно. Примерно так, как было написано в рекомендательном письме, составленном самой же Минервой для аврората.
[indent] “Мисс МакКиннон, при всех ее свойственных юности порывах, безусловно является тем человеком, который может в сложные моменты принять рациональные решения”.
[indent] Вряд ли, составляя тот текст, Минерва думала о том, что ей придется столкнуться с доказательствами собственной правоты и так скоро. Она еще не пришла в себя, чтобы слова, крутящиеся на языке, сложились в слова благодарности. Её еще пока штормило от негодования на то, как Марлин бросалась под огненную плеть, предназначавшуюся не ей, и легкое, только-только проклевывавшееся чувство облегчение казалось больше связанным с тем фактом, что бывшая ученица наконец-то вывела себя из-под удара.
[indent] - Смею надеяться, что теперь вы вняли моей рекомендации по перемещению в безопасное место?
[indent] Называть фамилию МакКиннон вслух Минерва не решилась. Пока. Пока не услышала подтверждения о том, где они находятся, хотя прекрасно помнила все предварительно согласованные планы отступления и эвакуации - проработанные, продуманные и проговоренные так, что едва ли могли остаться сомнения, что кто-то в их скромном и самоубийственном клубе по интересам мог их не запомнить.
[indent] Она открыла глаза, пытаясь вычленить в светлых пятнах перед ними хоть какие-то очертания, намекавшие на дом Лонгботтомов. Не удавалось. Белесые квадраты, которые удавалось различить, могли равновероятно оказаться окнами, а могли и миражами, зазывающими к себе отнюдь не так приветливо, хотя других ориентиров попросту не было.
[indent] Минерва наконец вздохнула, все-такие восприняв навалившуюся неожиданно тяжелым грузом собственную безопасность, со вздохом скинула с себя маскирующие чары, очевидно, утратившие всякий смысл. В человеческом облике шанс добраться до светлых пятен был, но в самом перемещении было бы мало изящества и точно так же мало удобства, но кошки не могли говорить, и прежде чем стать ею, нужно было уточнить как минимум один, действительно важный вопрос.
[indent] - Насколько там все плохо?
[indent] Минерва повернула голову в ту сторону, где должна была стоять Марлин судя по хвату руки девушки перед перемещением. Ответ был важен. От ответа зависело многое - начиная от того, стоит ли ожидать, что воспитанница сорвется обратно, и заканчивая тем, стоит ли самой Минерве, поторапливая их извечно не сильно довольного отведенной ему ролью врача, стремиться за ней следом.

Подпись автора

sanctum andromeda

+7

4

Свет в окне, а вскоре - и силуэт в нем, Марлин увидела почти сразу же, как они аппарировали на дорожу у дома. Внутри могла быть засада, конечно. Но никто не попытался напасть сразу же, что обнадеживало. Но, в любом случае, девушка могла только понадеяться на то, что внутри - Белби или, например, Алиса, а не кто-то другой. И держать палочку покрепче. На всякий случай.

- Так точно, мэм, - почти по-военному отрапартовала Марлин. - Мы в нескольких десятках шагов от дома Логнботтомов.

Было бы на это сейчас время - она бы расстроилась из-за едкого вопроса. Испугаться или обидеться, это, пожалуй, нет. Пока профессор МакГонагалл не кричала на нее в манере Эшлинг, такое едва ли могло произойти. Но расстроиться - да. Потом.

- Секундочку, пожалуйста, - ровно произнесла она, пока профессор разбиралась с маскировочным. - Я обещала Боунсу отправить сообщение.

...Губы Кингсли, руки Кингсли, голос Кингсли. Для Марлин сейчас не существовало более счастливых воспоминаний, чем о тех часах, что они провели вдвоем в домике у моря. И никогда до этих воспоминаний ее патронус не получался так быстро и легко, почти без усилий и напряжения.

- Expecto Patronum!

Из палочки вырвался серебристый волкодав и еще секунд через тридцать отправился на поляну с сообщением: "Эвакуировала пострадавшего. На опушке у озера нужна помощь".

Говорить подробнее Марлин не рискнула, опасаясь, что патронуса, помимо членов Ордена, могут услышать не те люди.

- Оставшиеся двое нападавших упали в вашу яму, - без каких-либо эмоций и уже не рапортом ответила девушка на следующий вопрос, стоило Партронусу умчаться, и тоже сняла с себя маскировочные чары. - Один под винкулой. Второй - безоружный и под воздействием шафта. И под винкулой, если я попала. Боунс успешно перехватил адский огонь. И там еще кто-то из наших под мантией или зельем невидимости. Я обещала сообщить, что им нужна помощь. Но пока они должны справляться сами.

Если с Фрэнком все в порядке и он получит сообщение, то и с винкулой поможет. Если нет, то она вернется обратно. Конечно, там еще кто-то сверху летает, кто может и контроль над огнем себе вернуть, и напасть с неба... И это они еще не в курсе, что происходит с другой стороны горящего дома. Но про все это не сейчас. Про это все чуть позже.

- Пойдемте внутрь, профессор? - полувопросительно уточнила Марлин, снова беря МакГонагалл под руку, и мысленно порадовалась, что буйного сопротивления не последовало и они мирно добрались до незапертой двери дома.

Потому что было бы неловко кидать винкулой в родного декана.

- Нам нужна помощь, - достаточно громко произнесла девушка, оглядываясь по сторонам, как только они оказались внутри. - Целитель Белби, вы здесь?

Магия

*Expecto Patronum, говорящий патронус
Модификация чар патронуса, создает патронуса, способного говорить голосом призвавшего его мага. Работает только в случае, если патронус имеет форму. Патронус может запомнить сообщение и передать его адресату, найдя адресата где угодно — защитные чары не препятствуют его появлению. Перемещается со скоростью аппарации. Доступно только членам Ордена Феникса и магам, которых Дамблдор обучил ему лично.Светлая магия, постоянно практикующим темную магию недоступно.

+7

5

Улисс прищурился, хотя видеть лучше в темноте это вообще не помогало. Их было двое, точнее - две, обе стоячие и самостоятельно аппарировавшие. Белби был приятно удивлен - обычно к нему не приводили, а приносили. Может, и помощь его вообще не понадобится? Так, чайку попить и разойтись. Это он всегда "за". Белби высунулся в окно, совершенно по-хозяйски опершись на подоконник, но две барышни что-то не спешили в дом, обсуждая, какие-то насущные вопросы. Он слышал отзвуки их голосов, но ничего определенного не мог разобрать. Его внимание отвлек телесный патронус в форме собаки что ли, и Улисс, не мнивший себя способным опознавать пациентов по собакам, вернулся на диван к книжке. Как дойдут, так дойдут. Тем не менее, справочник не читался. Ничто человеческое Белби не было чуждо, так что любопытство его буквально подтачивало изнутри. Но он стоически держался.

Через пару минут звякнула ручка незапертой двери, из прихожей послышался девичий голос. - Здесь, здесь, - нехотя, но немедленно откликнулся Улисс. Детей, обращавшихся к нему на "вы" и по должности в их подпольном кружке по интересам было не так уж и много. МакКиннон. Внутри зудело: в Орден взяли ребенка, ну и что, что из аврората. Ребенка, который в прошлом году еще трясся перед экзаменами! А тут его отправляют задорно размахивать палочкой и спасать будущее Магической Британии. И кто там спятил, когда принимал решение: Грюм или сам Дамблдор? При всем уважении, сам Белби не понимал, как можно было выпихивать детей на передовую. А потом вот они, пропуская удары, просят о помощи. Возись потом, лечи детей да так, чтобы они на завтра уже на службу вышли. Экспеллиармус какой-нибудь на манекенах отрабатывать или чему их там на первом курсе учат...

Да-да, совершенно по-змеиному шипящее сознание Белби успело прожечь ему сомнениями и недовольством весь мозг за то время, пока он встал и, едва припадая на правую ногу, дошел до прихожей. Никогда еще он так не ошибался. То, что пострадавшая здесь не Марлин, ясно было, как белый день, которого госпожа профессор ныне не имела никаких шансов видеть. Густая серая поволока на открытых глазах  была столь впечатляюще неожиданна, что Белби вместо приветствия цокнул языком, выражая любопытство.

- Минерва, да как же угораздило!.. Проводи ее на диван, вон туда, в гостиную, будь добра, - попросил он Марлин, мгновенно подобрев и просветлев лицом. - Какой интересный случай... - поняв, что он тут не на пять минут, Улисс повесил куртку на вешалку в прихожей, засучил рукава до локтя и вытащил палочку. В такие моменты можно забыть о всех справочниках, протезах и гнойных фурункулах. Тут же явно поработала ловкая магия, которую сама мисс "я замурлыкаю вас до смерти" умудрилась пропустить. Белби не отказался бы посмотреть на это представление, но - увы - придется довольствоваться пересказом.

- Ну и кто мне расскажет, как все было? Может, слышали, чем прокляли? Мне бы это пригодилось, врать не буду. Тут явно не школьные шуточки, - судя по тому, что проклятие не прогрессировало на, простите, глазах, у него было время, чтобы собрать максимально полный анамнез. Белби сверху вниз посмотрел на двух истых англичанок, над которыми знатно поиздевалась Шляпа, навсегда привязав к факультету безбашенных, и сложил руки на груди: - Хочу знать три вещи: как все было, - раз загнул палец, - как ты себя чувствуешь, Минерва, - два, - и нужна ли помощь тебе, Марлин? Даже если "а, царапина, ерунда, само заживет", - Улисс вздохнул, оглянулся на окно, в зияюще черной дыре которого больше никто не маячил, и уточнил: - Мне кого-нибудь еще ждать?

- Авантюрист ты, Белби, безмоглый авантюрист и идеалист. Такой же как эти две. Хочешь переплюнуть братца в полезности? Он создал зелье, а ты - герой подпольной войны. Идиот ты, а не партизан.
- Уймись.

У каждого свой внутренний критик.

+7

6

[indent] Слова о том, что оставшиеся у наверняка уже прогоревшего до основания домика Боунсов справляются, должны были звучать утешением, равно как и должна была служить опорой рука Марлин, которая вела свою бывшую наставницу в домик друзей. Здесь должно было быть спокойно, вдали от адского пламени и со всех сторон готовой обрушиться на них опасности, должно было стать тише еще и внутри и, в унисон с хваленой сдержанностью, должны была заново зазвучать та глубокая внутренняя уверенность, которая делала из Минервы МакГонагалл чертовски талантливую волшебницу и многоуважаемого преподавателя, но ничего подобного не происходило.
[indent] Рев смертельного огня не отпускал из себя так просто, и даже когда за спиной тихо скрипнули дверные петли, все равно еще звучал в ушах, а сердце ныло и ныло, отсуткивая торопливо в такт мыслям в голове:
[indent] “Как там?”
[indent]  [indent] “Как там?”
[indent]  [indent]  [indent] “Как там?”
[indent] Одним утешением было разве что то, что ощущая руку Марлин, Минерва могла быть уверена, что хотя бы с девушкой все в порядке. При прочих равных, все они в Ордене выбирали свою судьбу сознательно, в отличие от нее - будто продолжившей нелегкий путь отца, взвалив на себя его судьбу и идеалы, как наследие. Марлин, в отличие от всех них, умирать было пока не просто рано. Умирать ей было бы несправедливо, а значит что-то было хорошее и правильное в том, что аппарировала с Минервой именно она.
[indent] - Уверена, вы попали, мисс МакКиннон, - не обязательно, чтобы девушке было еще нужно одобрение декана, но, видимо, самому декану, кроме физической опоры нужна была еще другая, моральная - в вере. В людей.
[indent] Их весь теперь совсем недолгий путь проделать пришлось медленно и осторожно. Несмотря на поддержку, любые попытки посмотреть под ноги оборачивались только лицезрением темноты, и казалось совсем уже из ряда вон выходящим сейчас споткнуться и загреметь на землю, расшибив нос, как какой-нибудь первоклашка. Как какому-нибудь первоклашке, не хватало только заливаться румянцем после непременных комментариев мистера Белби, который хоть и был хорошим целителем, и не был замечен в том, чтобы быть плохим человеком, но все-таки оставался слизеринцем. До самых кончиков своего ножного протеза.
[indent] Конечно, для того, чтобы слух обострился, компенсировав утрату зрения было еще долго, однако, стоило свету в доме добавить в мир Минервы белых пятен, она отчетливо услышала цокание, потом - осуждение, потом что-то близкое к тому, что можно было счесть за самодовольство, неуместное настолько же, насколько были неуместны долгие разговоры, так не сочетающиеся с никак не утихающим стуком сердца:
[indent] “Как там? Как там?”
[indent] Покорно дав усадить себя, предположительно на упомянутый диван, Минерва сложила руки на плотно сведенных коленях и повернулась в сторону голоса Белби. Казалось не вежливым не смотреть на собеседника, пусть даже физически это было трудновыполнимо.   
[indent] - Я пропустила удар, но мне, очевидно, повезло, - она отвечала тоном, которым, как правило, начинала урок в классе. Это был полезный тон - приклеившийся к образу как привычка, отлично скрывающий все бури внутри. - Всего лишь зрение.
[indent] Пускаться в подробности, в то, как тают в воздухе очертания несформировавшегося щита и как моментально ощущается не боль, а собственная беспомощность и паника, возможно, было и нужно, но вряд ли целителю. К тому же, неизменного слизеринца не хотелось тешить пусть даже в таком виде случившейся гриффиндорской слабостью. Лучше было сдать ему факты, пусть и неприятные и с таким трудом ложащиеся на язык.
[indent] - Это был Macular Oculus, - темная магия даже вербальной формулой неприятно шевельнулась внутри, не то подзуживая худшее, что было в Минерве, не то царапая её внутренний страх. Она крепче сжала в руке палочку, будто обещая ей и себе, что никогда не произнесет подобных слов снова и, главное, никогда не поверит в них, собрала в кулак волю и рассудок, которому дала, наконец, послушать стучащее лихорадочно сердце.
[indent] - И я была бы очень признательна вам, целитель Белби, если бы вы не затягивали с лечением.
[indent] Минерве было нужно вернуться. Пока там все было не кончено, она должна была вернуться, несмотря на то, что никаких сомнений в справедливости слов Марлин у нее было.
[indent] Просто Гриффиндор не отступает. Не бежит.
[indent] - Возможно ли будет исправить мою проблему в ближайшее время?

Подпись автора

sanctum andromeda

+4

7

Марлин послушно кивнула и проводила профессора МакГонагалл до дивана, мысленно выдохнув с облегчением, когда этот короткий путь они проделали без сопротивления со стороны последней. Было бы очень жаль терять время на бессмысленные споры. И, видимо, профессор считала так же.

- Нет, мне помощь не нужна даже с царапинами. Спасибо, целитель, - ответила она и села в кресло, чуть в стороне, чтобы не мешать Белби делать свое дело. - Нас было шестеро. Остальные еще там. Поэтому я бы исходила из того, что да, скорее всего, кому-то еще потребуется ваша помощь в ближайшем будущем.

Она скользила рассеянным взглядом по дому Лонгботтомов, в котором ей не случалось бывать раньше, стараясь делать это не слишком нахальным образом, потому что глазеть не особенно прилично, хотя едва ли вежливость сейчас имела значение. Профессор с целителем мало того, что сами не были хозяевами дома, так еще и были поглощены вопросами куда более важными, чем чужое избыточное любопытство. К тому же, и сама Марлин по сторонам-то глазела, а видеть не видела, потому что думала о лесной поляне и отправленном ею Патронусе. Нашел ли он, кому доставить сообщение? Не нужна ли там ее помощь?

Профессор МакГонагалл, та вот рвалась в бой, хотя целитель еще диагноз не до конца установил, не говоря уже о том, чтобы к лечению приступить. Абсолютно не пострадавшей Марлин тем более имело смысл оставить пострадавшую с целителем и аппарировать обратно на поляну. Вернее, на опушку леса, а не как в самом начале. Впрочем, в самом начале тоже вышло не так уж плохо, хотя и совершенно случайно. Контего - великая вещь. И ведь у нее остался еще целый заряд.

- Целитель Белби, вам потребуется моя помощь? - спросила она и твердо закончила: - Если нет, то я бы хотела вернуться назад.

Отредактировано Marlene McKinnon (2022-02-20 20:37:38)

+4

8

Единственное, на чем всегда настаивал Улисс в своем отделении, так это то, что лечить надо людей. Не анализы, не заклинания, не свои предположения. Вот есть перед тобой пациент - вот и лечи его, опираясь на факты, собственный опыт, накопленные веками колдомедицинские знания и некоторую толику интуиции, доктор ты или где.

Минерва вот обратилась на его голос и смотрела правее и выше его головы. Значит, не различает даже силуэтов. Она говорила внятно, традиционно расставляя менторские нотки, которые применяла в ежедневной работе - значит, с головой все более-менее в норме. Речь связная, логика присутствует, память не отшибло - так что причин беспокоиться за ее разум было немного. Не считая того, что школьный профессор пытается голыми руками ловить матерых преступников в компании со вчерашними школьниками. Но это уже вопрос, выходящий за грани разумного и его компетенции.

Белби дослушал обеих до конца и поманил из угла пуф, который опустился прямо перед Минервой. Целитель знал, что ему потребуется сейчас максимум концентрации, а стоять на полусогнутых ему как-то не улыбалось. Он сделал два шага и сел на пуф, шумно выдохнув. Протез, несмотря на внешнее совершенство, все-таки не был живой ногой и каждое перемещение требовало усилий.

- Я за тебя рад, Марлин, тебе необычайно повезло, - скупо ответил Белби. - Учитывая то, что выглядишь ты вымотанной, - совсем как девчонка, которая пытается изобразить из себя многоопытного аврора, - и уже очевидно не знаешь текущее положение дел, вероятно, твое появление может даже осложнить ситуацию. Но судя по настойчивости вас обеих, слушать меня тут никто не планирует, так что ты можешь отправляться куда угодно. Но я советовал бы домой и спать, - а ведь есть люди, которые и за менее значительные советы отдают ему золото мешочками.

И да, он уже слышал недоумение в воздухе. Как же, спать, пока товарищи там...! Но Белби в первую очередь думал о последствиях и о том, что аппарировать посреди боя - затея, которая обычно приводила людей обратно к нему в палату. И, к слову сказать, у самого Улисса ни разу за время разговора не промелькнула мысль, что он мог бы чем-то помочь товарищам. Во-первых, не мог, во-вторых, ему еще разгребать последствия всех их неверно принятых решений. Но он уже сосредоточился на Минерве.

- Не шевелись и не пугайся, - одной рукой Белби взял ослепшую за запястье, чтобы сосчитать пульс. Помедлил. Сердцебиение, конечно, выше нормы, но ничего критического он не замечал. - Oculus Rasa! - одной вспышки, Улисс это понимал, не хватило бы. Он поддерживал заклинание несколько секунд, водя палочкой с искрящим белым светом на кончике перед глазами Минервы, воображая себе, будто он стирает пелену с ее глаз, как влагу с запотевшего стекла ладонью. Через несколько мгновений он опустил палочку и отпустил руку. - Как ощущения?

Любая светлая магия, Улисс это знал из практики довольно давно, дарила умиротворение и опустошение. Яркая искра кристального света билась и цвела где-то глубоко внутри, грея и того, кто ее творит, и того, на кого она направлена. Она была как луч солнца хмурым февральским утром - уникальна и мимолетна. И как только исчезала, так сразу казалось, что в этом мире чего-то уж очевидно не хватает.

Говорят, от темной магии у волшебника остаются шрамы где-то внутри. Улисс никогда не практиковал, зная, что это навредит его способностям. Хотя пару раз уж очень хотелось. От светлой магии тоже в душе оставались следы. Хотелось раздарить себя людям, вывернуться наизнанку и помочь каждому, кто страдает. Но нет, нельзя. Такие выворачивающиеся долго не живут - а Белби планировал еще пощекотать за пятки своих пра-правнуков. И в этом эгоизме был его спасительный баланс.

Магия

Oculus Rasa
Излечивает слепоту любого генеза, эффективно в том числе против последствий темных заклинаний. Светлая магия. Сложное в освоении и исполнении заклинание.

+3

9

[indent] Звуки голосов как путеводные ниточки, то распадаются, то собираются в образы. Хочется моргать и моргать, пока не прозреешь, но без дополнительной помощи ничего не выйдет. А Марлин рвется в бой, и Минерва всей душой рвется следом. Ей не хочется сидеть тут, но ей придется задержаться хотя бы до того момента, когда Белби вернет ей возможность видеть. Минерва губу прикусывает в стремлении сдержать внутренне возмущение, зачем Улисс Марлин отпускает, но это будет смотреться глупо. Она ведь уже взрослая, она ведь учится бороться, и в двадцать лет кажется, что все получится. Себя помнить нужно, в который раз напоминает себе Минерва, хотя и она была против включения в Орден столь молодых личностей. Но это уже не школа. И тут уж не Минерве решать, нравится ей это или нет. Поэтому Марлин уйдет обратно, а Минерва будет ждать, поворачивая голову наугад: самое большое пятно должно быть целителем Белби. Ну или будет смешно смотреться, если она со шкафом общаться пытается.
[indent] Пульс под пальцами Белби бьется испуганной птицей, адреналин очень медленно затухает в крови, но волнение все еще отравляет ее собой, вынуждая беспокоиться рядом вопросов, в том числе и вопросом собственного прозрения. Она пытается вдохами успокоиться, методично считает до пяти, но это вам не крупу перебирать. Мать обычно говорила, что лучший способ успокоиться, отдаться во власти методичной работы. Для Минервы эта методичность и путь к спокойствию присутствовали, как ни странно, в стопке домашних работ, когда устраиваешься поудобнее с чашкой чая, и начинаешь проверять. Но тут никакой возможности, и внутри все сжимается - успокоить волнение не удается, невзирая на предупреждение Улисса.
[indent] А потом вдруг становится лучше. С ее глаза словно слой пленки снимают, постепенно окружающие предметы становятся более четкими, от раза к разу лучше. И правда, самое большое пятно - Улисс Белби, ну хоть в чем-то не ошиблась. Минерва делает выдох, к ощущениям прислушивается, отвечает на вопрос не сразу:
[indent] - Странные. Но я вижу уже. Хотя мне кажется, что четкость было бы еще неплохо прокрутить.
[indent] Почему-то хочется протянуть руку и потереть глаза. Состояние, словно, песком они засыпанные, ну или слишком много туши на ресницы наложено, от чего дискомфорт возникает.
[indent] - Это ведь временный эффект? Он пройдет?
[indent] Если нет, то что делать? Какой прок от Минервы будет?
[indent] Проклятье. Она ведь планировала ретироваться в сторону боя, пусть он может быть закончен. В таких ситуация каждая минут на счету, можно уже опоздать, но хотя бы все своими глазами увидит. Если, конечно, увидит. Минерва моргает, пытается улучшить зрение, кадры не меняются, но в целом неплохо. Если что, очки помогут. Возможно, ей правда стоит об этом подумать. Она вскидывает взгляд на Белби, вздыхает, глядя на выражение его лица. И вместо того, чтобы прозорливо констатировать, что ее никуда не отпустят, констатирует:
[indent] - Не следовало МакКиннон отпускать, - и уже думается про себя, ей самой было бы не так неловко. - Полагаю, я так легко не отделаюсь?
[indent] Настроение медленно катится к нулю, беспокойство расширяет свои границы. Чувство на выдохе [безопасность] проходит, отступая под влиянием большего раздражения, как она могла так проколоться. Но это бой, в нем и не такое бывает, приходится признавать тот факт, что все могут ошибиться. А яркие отсветы пламени, в голове пляшущие, беспокойство лишь подтверждают. Минерва все еще думает, что запах моря как-то совсем близок, пусть окна закрыты. Думает о том, что дома давно не была, не слышала чаек над головой, они в Кейтнессе те еще вредины.
[indent] Причудливый поток мыслей, когда его совсем не контролируешь.

Подпись автора

sanctum andromeda

+1


Вы здесь » Marauders: stay alive » Флешбеки » [19.06.1978] Команда "Ложись!"


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно