Marauders: stay alive

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marauders: stay alive » Флешбеки » [23.04.1963] горлом выходит кровь - это знак


[23.04.1963] горлом выходит кровь - это знак

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

ГОРЛОМ ВЫХОДИТ КРОВЬ - ЭТО ЗНАК


закрытый эпизод

https://forumupload.ru/uploads/001a/b9/16/4/t859704.jpg

Участники:
Arcturus &
Melania Black

Дата и время:
23 апреля 1963 года
вторник

Место:
поместье Блэкшилд
Англия, Кент

Сюжет:

их тяжелый двадцатилетний период брака подходит к завершению

[icon]https://64.media.tumblr.com/fe9300d1bfd1d76c6bc3045e4591ca3c/5f34e8b79d271e2e-50/s250x400/32ef019fa4ea28a8cc6387df671aa5ca060bd04c.png[/icon][nick]Arcturus Black[/nick][status]there i stand[/status]

Отредактировано Pollux Black (2021-10-21 23:35:17)

+1

2

[indent]  [indent] год 1959

Руки крепко сцепленные в ладонях за спиной. Широко расставленные ноги. Прямая напряженная линия корпуса. Строгое лицо и давно прорезавшиеся морщины, печатью свидетельствующие об отсутствии частых улыбок, смеха на мужском лице. Арктурус не хочет быть здесь, тем более сейчас. Но все же пришел - таковы традиции.

Мама его, хрупкая маленькая женщина, сидит на диванчике позади него, с беспокойством на сына - его, Арктуруса - оглядываясь. Он пришел, но он не здесь. Ее сына давно уже не было - ни с ней, ни с кем другим. Материнское сердце чувствовало - она видела. Видела какое у сына даже дыхание резкое, острое - подчиненное собственному такту. Подконтрольное. Где тот ребенок, что с бесконечной жаждой знаний в глазах за отцом оглядывался? Тот, кто так ярко, хоть и скрыто, эмоции свои, чувства, хоть как-то транслировал?.. Она уже и не помнила. Но при сыне держалась - иначе часы для совместно проведенного времени сотрутся в пыль исчезнут так же стремительно, как и ее воспоминания какими теплыми были когда-то глаза других ее детей... Но о Регулусе и Ликорис думать ей было в стократ больнее.

Но сейчас не стоит об этом.

Хеспер Блэк, вдовствующая супруга Сириуса II тянется и невербальной магией приманивает к себе колдографию новорожденного внука, названного в честь прадеда. Хороший такой малец - так сладко потягивается на запечатленном счастливом мгновении. Окруженный любовью, лаской.
- Какой мальчик прекрасный, - шепчет прабабушка умилительно. Оглядывается на сына, да тот кажется в спине еще напряженнее стал. Хеспер в недоумении с лица то своего очки стаскивает. Колдографию на обитый атласной тканью подлокотник откладывает.

.

А у Арктуруса в голове тем временем воспоминания и так уже стоящие в горле поднимаются. Там Мелания, как всегда обворожительно выглядящяя - так, как должно - светится в блеске украшений, смеется. Разрез платья черного по спине будто бы стрелой разорванной. Арктурус помнит как то платье плавным движением палочки с жены... Мелания как всегда окруженная мужчинами. И говорит про новорожденного внука:

Его назвали в честь одной из самых ярких звезд на небосклоне, мадам Розье. Я уже встречалась с представителем рода Блэк, который носил это имя и смею заверить, что более достойного человека я еще не встречала, - чуть хриплый голос останавливается, чтобы липкие свои мысли продолжить, – У моего свекра были воистину потрясающие планы на жизнь, на род и семейное дело, но, к сожалению, жизни на их реализацию оказалось недостаточно. Убеждена, что мой внук не только станет достойным приемником Сириуса II, реализовав все, что не успел он, но и не допустит тех ошибок, которые совершали его предшественники.

Она сказала эти слова. И затем медленно, будто бы плавно проводя линию над сказанным, обернулась в его, Арктуруса сторону. И посмотрела. Ее этот взгляд был смешон - женщина, которая играется в игры, сама себе их надумывающая. Женщина, которая только что прилюдно, в окружении чужих, врагов, сделала яркое заявление. Такое, что при взгляде на него, услышавшие то заявление, поспешно отводили взгляд, будто бы извиняясь за присутствие. За свидетельство акта предательства не Арктуруса как мужчины, что было с Меланией десятки раз в прошлом. Она поставила под сомнение, оскорбила своими лживыми змеиными словами, суть его долга, жизни.

Его лицо не поменялось. Он сделал несколько шагов, выхватил бокал с шампанским и громогласно провозгласил на весь замерший зал:
- За рождение моего внука, Сириуса Третьего!..

Демонстративный всплеск силы: широкие жесты, быстрые и резкие движения телом. Голос - красочный баритон. На самую толику Арктурусу не свойственную - его праздные краски свидетельствуют редко. Это если за Поллуксом в окружении друзей и женщин сомнительной нравственности проследи: там и хохот, и грохот, широта рук и, кажется, души.

Намеренные, четко бьющие в цель, слова Мелании, Арктурус принял с достоинством. Уловил сигнал. И поставил точку - брак, исчерпавший себя для них обоих, но не для всего света. Это было концом исчерпывающим - он ощутил себя преданным. Кому сказать - простые слова, не любовники, стали их личным концом. Не слова, но их значение - кому, а Арктурусу детали всегда были подвластны - из них строились империи, из-за них проигрывались войны.

Тем поздним вечером Арктурус вновь подошел к колыбельной с новорожденным. Ориона не было, но зато расцветшая Вальбурга сидела рядом, любовно за первенцем приглядывая. Дом Гриммо как другая Вселенная - от Арктуруса далекая. И Сириус вдруг потерялся для него в красках - увидел лишь, так сказать, преемника дел Сириуса Второго. Посмотрим, малец, выдюжишь ли этот пласт на своих плечах. Я то сильно сомневаюсь.

.

- Арктурус? - мать вновь зовет с различимым беспокойством в голосе.

Арктурус наконец оборачивается. И строго смотрит на нее своими, кажется бесцветными, глазами. Взглядом острым спрашивает: - Что?
А мама на мгновение теряется - сына о чувствах спрашивать нельзя категорически. Но как достучаться? Сейчас ее сын выглядит другим, не прежним с последней их встречи две недели назад - в глазах одной матери Арктурус был будто бы даже надломленным. Не спрашивайте как она это уловила - просто есть чувство и все.

- Расскажи мне, прошу тебя...

...глаза Арктуруса кажется не просто теряли в цвете - и его взгляд размыливался. Видел сейчас перед собой не мать - а чистейший символ семьи слабой, за которой он нес ответственность. Один. Видел еще в матери себя - так потеряла супруга, как Арктурус в свою очередь в медленном процессе утрачивал рамки и границы, понимание пути и сути самой, кажется, жизни.

На кого он пахал все эти годы?
На семью.

Кому он был важен?
Поллуксу - да. Но тот, как бы они не старались все эти годы думать иначе, в редкие мгновения, все же никогда статус человека подневольного не терял - его от Арктуруса будто бы магнитом отталкивало, удерживая в рамках субординации. Там места дружескому объятию никогда не было - даже вернувшись с войны, потеряв столь многое, они оба смогли лишь выдержать ладонь Арктуруса на плече Поллукса. И то - руку прямую, выдерживающую расстояние.

И это Поллукс - человек равный. Для остальных же он был функцией. Функцией Арктурус уже становился и в своих глазах.

Поднимаются слова жены, теперь другие:
- Ты – Блэк, но не все Блэки – ты. Твой позор – это не позор семьи. Он только твой, Арктурус.
Она предала его и как человека. И развенчала его статус в своих глазах, заявляя слова крамольные в присутствии гостей семьи.

С Меланией было покончено. Оно уже было разорвано - с 1943 года. Но там были просветы. Теперь же - нет. Глухая темнота и отсутствие всякой жизни.

Мать обеспокоенно на Арктуруса смотрит, а он отвечает с искрой ярости во взгляде: - Да как ты смеешь.
Мама опускает взгляд - проиграла.

.


.

[indent]  [indent] год 1963

Каждый последующий год щелкает словно звук часовой секундной стрелки, ее движение. Словно таймер поставили. До смерти. Или срыва.

Ритуалы по очищению, священные ритуалы Колеса Года, более не работали для Арктуруса как прежде. Они уже и так были константой, они уже служили ему опорой. А когда один из столпов его внутренней жизни дал крен - не подсобили. Арктурус леденел, держась на ресурсах собственного тела. Кажется, даже морщины глубже врезались в его тело. Взгляд злел. Движения рук наедине становились более резкими. Арктуруса стали волнами глушить всплески гнева - больше времени отводил для практики темной магии, где необузданно, всполохами, выбрасывал из себя силу. Да решением ничего не было - крен становился все выразительней для себя самого. Да поделать с тем Арктурус не мог.

Он не срывался - силы были какими. Его лицо - маска. Он - роль.
Сейчас тяжелыми шагами движущаяся по мерзкому Лютному, куда по ошибке завел Арктуруса несправный артефакт. Упал больно, чуть повредив колено. Да не страшно - не старик. Облаченный в кожаное пальто, чары, скрывающие лицо - его никто узнать здесь не должен. Глава Блэк в таких местах не показывается.

Проходит подворотню и слышит:
- Говорят Мелания * - та еще сочная баба. Так бы и драл ее, прямо при муженьке то ее мертвецком, ха, - отрыжка перемешивается с голосом, - я то из Франции - там случайно слух подцепил, что она с каждым, шлюха такая...

[indent] *   речь идет о Мелании - владелице местного бара

Крен дернулся - все сознание оборванное всплеском о гладь воды бессознательного столкнулось, взорвавшись.
Со стороны Арктурус, высокая фигура в черном, замерла. Тело чуть вперед-назад покачивалось. А затем из грудины неслышно пошел медленный тяжелый выдох. До полного опустошения легких.

Раз - аппарация.
Два - обливиейтом мощным три фигуры в стороне, что слова мерзкие слышать могли, сразились.
Три - импульс заклинания ударом резким во внутренним органам собеседника ублюдка, а сверху режущее по горлу - чтобы точно.
Четыре - схваченная жертва, что слова те ловила, и уже теперь насилу, в компании аппарция прочь из Лютного.

.

Себя Арктурус осознал уже глубокой ночью. Это были блэковские леса, строго скрытая разными чарами и ритуалами поляна с одним из Алтарей. Краем сознания Арктурус помнит картину: его руки по локоть в кишках еще дышащего тела. А сам сейчас Арктурус сидит рядом с ним, спиной к Алтарю, на каменных ступеньках. Смотрит на ладони - черные при свете луны. Склизкие.

Потрясенный судорожный выдох.
Он так потеряет рассудок в конечном итоге.

Дело в гордости? Выразить словами через рот видимо то, что должен был сделать раньше?
Не сомневается. Не колеблется - видит угрозу четко, ощущает собственной кожей не фигурально.

Просто поднимается. И идет в сторону Блэквилля. Заходит внутрь, поднимается в часть поместья, где личные комнаты.

Дверь в ее спальню чуть скрипит - медленно поддается ее руке, оставляющей отпечаток. Но Арктурус того не замечает - перед ним, сияющая в лунных лучах, спящая жена. Лучше будет на нее не смотреть.

Медленные, но твердые шаги. Плавно сел на кровать поверх одеяла. Все так же в плаще. Спиной к Мелании.

Сил нет.

Опустошенно локти о широко расставленные ноги, о колени. Голову в ладони. Слышит быстрый кровоток в своих венах.

[icon]https://64.media.tumblr.com/fe9300d1bfd1d76c6bc3045e4591ca3c/5f34e8b79d271e2e-50/s250x400/32ef019fa4ea28a8cc6387df671aa5ca060bd04c.png[/icon][nick]Arcturus Black[/nick][status]there i stand[/status]

Отредактировано Pollux Black (2021-10-25 23:42:07)

+4


Вы здесь » Marauders: stay alive » Флешбеки » [23.04.1963] горлом выходит кровь - это знак


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно